Дочитал "Страдные дни России. Воспоминания о революции (1917-1925)" Валентина Платоновича Зубова.

Я писал о его роли в сохранении Гатчины и других дворцов-музеев (Зубов не только с риском для жизни защищал имущество дворца от вооруженных солдат, но и яростно отстаивал идею сохранения дворцов как единых "исторически сложившихся организмов", протестовал против вывоза объектов искусства в другие музеи). Зубов был свидетелем краха последней попытки Керенского вернуть власть с помощью казаков Краснова, в своих воспоминаниях о не скрывает презрения к "верховному правителю России", описывает его как труса, лжеца и мегаломана.

Помимо роли в сохранении Гатчины, Зубов знаменит тем, что создал в 1912 году Институт истории искусств в Петербурге, который задумывался как общедоступная библиотека книг об искусстве, а стал народным университетом, где читали лекции ведущие искусствоведы начала века. Институт занимал часть дома Зубова, расположенного на Исаакиевской площади. Во второй главе мемуаров Зубов рассказывает о том, как передал институт в собственность государства после октябрьского переворота ("сам у себя его конфисковал"), и сам возглавил созданное госучреждение, что позволило ему остаться хозяином в собственном особняке. Окруженный со всех сторон революционным хаосом, Зубов "чувствовал себя комендантом крепости, окруженной огромной неприятельской армией", его личное выживание и выживание института зависело только от его ума, смелости и гибкости.

"Институт был... в эти дни скорби и голода духовным центром и социальным убежищем. В течение 8 лет это был оазис в умственной пустыне, безнадежность которой ничто не может описать. Сотни лиц, которым вне наших стен грозило физическое и нравственное оскудение, находили себе здесь духовную пищу и занятие, заставлявшее их забывать повседневные заботы, везде осаждавшие до тошноты. Здесь, погружаясь в научные и художественные интересы, они отрывались от ужаса, царившего снаружи, забывали о крови, которая там текла.