Сегодня расскажу вам историю, которую недавно услышал от знакомого. Назовем его Петей.
Пятнадцать лет назад Петя переехал из одной небольшой страны СНГ в Америку. Переехал самым причудливым образом: кто-то из родственников заполнил на него анкету для лотереи Грин-карт, а он взял и с первого раза выиграл. Затем Петя заполнил анкеты уже на своих родственников — брата и маму. Мама выиграла с первого раза, брат — со второго. В общем, у Пети счастливые руки.
Поселился Петя в Бруклине. Был он программистом, так что и карьеру начал в этой сфере. Сейчас Петя бизнесмен, владелец крупной компании и долларовый миллионер, но рассказ мой не об этом.
Так вот, он устроился программистом в государственную компанию, то есть работал напрямую на США — можно сказать, IT-чиновник. А раз контора государственная, значит и все ее имущество — казенное, и зарплату Пете платили из денег налогоплательщиков. Здесь у Пети и начались проблемы.
Дело в том, что, еще работая в этой компании, Петя уже начинал собственный бизнес на стороне. Он чудесно выполнял обязанности, но пару часов рабочего времени в день вместо гос.службы искал в интернете информацию для своего проекта. Что еще страшнее, Петя время от времени печатал документы для своей компании на казенном принтере — совсем не много, не больше сотни страниц в месяц, но печатал.
То, что Петя использует служебное положение для своего бизнеса, заметил его руководитель. И если в России начальник просто подошел бы к нему и сказал «хорош заниматься своими делами на работе, и принтер свой купи», то в США привыкли действовать иначе — директор написал кляузу сразу в ФБР, обвиняя Петю в том, что он использует бюджетные ресурсы для собственного обогащения.
Результат?
За Петей 9 месяцев вели наружную слежку: на работу приходили следователи под прикрытием, они же ездили за ним по пятам. В итоге к Пете пришли два лощенных агента и прямо с работы забрали его на 6-часовой допрос с пристрастием, выясняя, какие преступления он совершил.
Петя отделался штрафом и предупреждением, а государство потратило тысячи долларов на 9-месячное расследование того, как Петя использовал государственный принтер для частных целей.