БРЯНСКИЕ СТУДЕНТЫ (???) Стихотворение поэтессы Аллы Головиной «4 апреля (Юбилейная поэма 1922–1932)» начинается так: Веселый апрель — это чудный момент. Повсюду пасхальная чистка. Конечно, герой наш — брянский студент. Конечно, она — гимназистка… Вас наверняка удивил перебой ритма в 3-й строке. Ещё больше удивляет, что поэтесса, которая родилась в 1909 году и в 1920 году уехала из России, пишет про какого-то брянского студента и гимназистку. Откуда вообще в 1922 году в Брянске студенты, если педагогический институт туда переехал только в 1976 году из Новозыбкова? А для гимназисток 1922 год — это, наоборот, поздновато. Загадка разрешается, если знать, что Головина в 20-е и 30-е годы жила в Чехии, или просто если прочитать стихотворение дальше: Он свыкся в Брно со своим уголком, Она же ― с бараком и классом. Студент, оказывается, вовсе не из Брянска, а из Брно — не брянский, а брнянский; но, увы, пропуск буквы тиражируется по крайней мере с 1990 года, когда был издан сборник стихотворений Аллы Головиной «Ночные птицы». Головина произносит слово Брно наполовину по-русски, наполовину по-чешски: в два слога с ударением на второй из них — БырнО. По-чешски там действительно два слога, но в первом — так называемое слоговое р, которое выполняет функцию гласного. Ударение падает, как и всегда в чешском, на первый слог, так что получается что-то вроде БЫрно. Но носителю русского языка трудно представить себе, что ударение может падать на р: как видно, я даже не решаюсь написать Бṕно, хотя, конечно, именно так и надо. А в названии Пльзень — тоже два слога, и в первом из них, ударном, произносится слоговое ль. Ударение на второй слог в слове Брно у Головиной отражается и в производном прилагательном: от Брнó получается брнянский, с ударением на я, в то время как от Бṕно образовалось бы слово бṕненский.