«Хаос. Создание новой науки», Джеймс Глик «На то, чтобы подсоединить шнуры и нажать нужные кнопки, ушло всего несколько часов, а спустя пару минут молодой ученый уже понял, что ему не суждено закончить диссертацию по сверхпроводимости». Дорогой супруг так заразительно делился впечатлениями, пока читал эту книгу, что я взяла с него обещание написать для вас пост. Встречайте новый выпуск рубрики #фантастическийкнигусь 😊 Понятие «эффект бабочки» прочно обосновалось в массовой культуре: незначительное с виду событие приводит к глобальным переменам. Взмах крыла бабочки в Бразилии провоцирует шторм в США. Путешественник во времени, пытаясь исправить ошибки прошлого, вызывает Третью мировую войну в настоящем. «Враг вступает в город, пленных не щадя, оттого, что в кузнице не было гвоздя». Предсказывать будущее при этом не проще, чем менять прошлое, - спросите любого метеоролога. Измерьте температуру воздуха двумя термометрами - и неизбежно получите различие в n-ном знаке после запятой. Сделайте по ним два двухнедельных прогноза, и получите бесполезное «дождь или будет, или нет». То же самое ждёт попытки долгосрочного предсказания биржевых цен (что бы там ни говорили гуру от трейдинга) или поведения экосистем. Долгое время считалось, что это очевидное следствие сложности масштабных процессов. Однако во второй половине XX века зародилось движение на стыке физики и математики, утверждающее, что это не так. Некоторые простые системы могут порождать удивительно сложное поведение. Протекающий кран то капает ритмично, то замолкает, то течёт тонкой струйкой, - хотя давление в водопроводе не меняется. Поведение капли на конце крана описывается несложными уравнениями, но предсказать, когда упадёт сотая капля, практически невозможно. Две звезды вращаются вокруг центра масс миллионы лет. Добавим в систему третье тело - и вместо предсказуемого периодического движения получим орду недовольных инопланетян. Такие процессы называют динамическим хаосом. Хаос в данном контексте не следует понимать как абсолютную случайность: системы описываются строгими физическими законами и полностью определяются своим начальным состоянием. Но будучи запущенными, никогда в него не возвращаются. А начальное состояние, в свою очередь, зависит от мельчайших воздействий, даже от взмаха крыла бабочки. Как итог - падение каждой капли из крана уникально. Книга «Хаос. Создание новой науки» описывает перипетии теории хаоса на пути от экстравагантной гипотезы до обширного учения с кучей междисциплинарных приложений. Книга не делает сильный акцент на математическом аппарате: сами исследователи хаоса быстро осознали, что их концепции понятнее окружающим при демонстрации (например, в формате видео), чем при изложении на бумаге. Так и в книге, больше внимания уделено истории и персоналиям. На заре своего становления теория хаоса была «гадким утёнком». Физики находили её слишком банальной, математики - слишком расплывчатой и нестрогой. Пробиться через заслоны академического снобизма смогли только люди определённого склада ума, способные заинтересоваться вопросами в духе средневековых схоластов: что общего у стакана воды и вращающейся галактики? Такие монахи-панки от науки, готовые ради новой идеи бросить диссертацию за месяц до защиты и заявиться на конференцию без приглашения. Равнодушные к гигантским ускорителям частиц и сверхпроводниковым магнитам, но разглядевшие научный потенциал компьютерных симуляций. А главное - способные продираться сквозь пренебрежение и узость взглядов, от которых совсем не застрахованы обладатели докторских степеней. Книга может служить хорошей отправной точкой для знакомства с теорией хаоса, а местами безумные биографические очерки заинтересуют и математически подкованного читателя.