​​Самый (кни)гусеничный пост С некоторых пор переживаю, что имя Марии Сибиллы Мериан известно не каждому умеющему читать по-русски человеку. Зарубежных книг о ней хватает, но на русский их почему-то переводить не торопятся – а жаль, потому что эту художницу и исследовательницу связывает с Россией немало ниточек. Но обо всем по порядку. Дело было в Европе XVII века. Ну, знаете: тут философы пишут трактаты о самозарождении мух в тухлом мясе, там все еще охотятся на ведьм. Ньютон уже вот-вот получит яблоком по голове, но еще долго учиться в университетах и называться учеными будут только мужчины. В такое вот время во Франкфурте рождается девочка, у которой вскоре выясняется одна необычная страсть: она обожает наблюдать за гусеницами и бабочками. Девочке, не будем кривить душой, повезло: она родилась в семье книгоиздателя и гравера. А когда отец Мериан умер, отчимом ее стал голландский художник Якоб Маррель, и это вовсе не история про несчастную падчерицу: Маррель, заметив у Марии способности к рисованию, стал ее обучать. Так выросла Мария Сибилла Мериан, художница, создававшая очень точные и насыщенные ботанические иллюстрации. Но бабочек своих она не оставила. Про бабочек, кстати, интересно: это сейчас мы знаем, что все они появляются из куколок, которые до этого были гусеницами, а до этого – яйцом. Но вообразите, что этого знания у людей не было. А были два совершенно разных на вид животных: одно бескрылое, другое летающее, да еще в придачу какие-то неподвижные штучки, похожие на финиковые косточки. Как было объединить все эти существа и понять, что их связывает? Как узнать, из какой гусеницы появится какая бабочка? Ясно, как: отыскать яйца бабочек, принести домой, положить в банку. Подождать, пока из них вылупятся гусеницы. Определить, чем эти гусеницы питаются, и кормить их достаточно долго, чтобы они смогли окуклиться. Или не определить – тогда гусеницы умрут с голода и нужно начинать с начала. В случае успеха гусеница превратится в куколку. Через время из куколки появится прекрасная бабочка. Но иногда из совершенно такой же куколки вылетят мухи или осы – еще одна загадка! И это именно то, что Мериан делала с абсолютно научной методичностью: выращивала бабочек, наблюдала за их развитием, подробно описывала результаты своих наблюдений. И, конечно, рисовала! И тут важны две вещи. Во-первых, для многих видов чешуекрылых она первая зарисовала и описала циклы развития, показав, как выглядят все стадии их жизни. А во-вторых, в своих рисунках Мериан помещала насекомых на растения, которыми те питаются – то есть уделяла внимание не одному виду в вакууме, а сообществам живых организмов и их взаимоотношениям. Короче говоря, похоже, Мария Мериан была первым экологом – примерно за 150 лет до того, как термин «экология» вообще появился. Вот здесь хорошая статья о ее вкладе в науку. Ну и главный эпизод в биографии Мериан (довольно богатой, надо сказать) – путешествие из Голландии в Суринам, беспрецедентное трижды: мало того, что это было невероятным для 51-летней женщины неаристократического происхождения, так еще и все средства на поездку Мериан собрала сама, продавая свои работы. В Суринаме она проработала 2 года, наблюдая за великолепными тропическими животными в естественной среде, а по возвращении издала свой opus magnum – книгу Metamorphosis insectorum Surinamensium Если, например, вы тоже в школе на уроках биологии дразнились, обзывая одноклассников пипой суринамской, – то вот эту пипу Мериан как раз рисовала в том числе, впервые показав, как эти милые жабки вынашивают икру у себя на спине (если у вас трипофобия, лучше не гуглите). В общем, я так могу еще долго – боюсь, вам придется смириться с месяцем имени Мериан в блоге, тем более что дата ее смерти 13 января (1717 года). Дальше расскажу, где еще о ней читать.