Можно ли утверждать о полном и окончательном установлении курса на русский патриотизм после победы СССР в Великой Отечественной войне? Ответ: нет. Сталин был прагматиком и старался управлять национальными импульсами. Про «Ленинградское дело» знают все. А вот еще факты: «Получив в июле 1947 г. записку А. А. Жданова с материалами к проекту новой Программы партии, Сталин против слов: «Особо выдающуюся роль в семье советских народов играл и играет великий русский народ… он по праву занимает руководящее положение в советском содружестве наций» написал выразительное: «Не то». (А.С.Барсенков, А.И.Вдовин «История России. 1917–2009») В это же время в печати прокатились кампании против русских патриотов – историка Тарле и писателя Твардовского. Оправдание Тарле проводимых Екатериной II войн и отказ рассматривать царскую Россию как «тюрьму народов» были охарактеризованы как «ревизионистские идеи». Твардовскому же досталось за книгу «Родина и чужбина». Некоторые критики в печати называли творчество писателя «консервативным» и «реакционным», а его самого обвиняли в «русской национальной ограниченности». Так, в 1953 году писатель Сельвинский послал Маленкову донос на Твардовского из-за повести «Василий Теркин», автор которой «на протяжении 5000 строк не заметил ни революции, ни партии, ни колхозного строя, а битву с германским фашизмом рассматривает как войну с немцем». Отмечалось, что такой взгляд на жизнь противоречит «подлинному интернационализму».