Что нам делать с украинской культурой? Недавно столкнулся с двумя точками зрениями. Первая – украинская культура невиновна в приходе ко власти в Киеве «нацистов», ее нужно рассматривать отдельно от правящего режима. Соответственно, запрещать украинскую культуру на освобожденных территориях нельзя, и пусть она «цветет» и дальше. Вторая органично вытекает из первой и ярко выражена в песни «Пливе кача». Она примерно такова: украинскую культуру можно «затрофеить», то есть приватизировать. Мол, гопак, народные песни и стихи Леси Украинки мы заберем себе, а хохлам оставим Шухевича и Бандеру, и пусть они «купаются в своей ненависти». А я говорю: не выйдет. Честно говоря, я не понимаю, какое эстетическое наслаждение можно получать от «телячьей» мовы, но даже сами украинцы соглашаются с тем, что их национальная культура второсортна в сравнении с русской. Именно по этой причине на Украине возникают такие необычные идеи, как замена памятника Екатерины II мемориалом американскому порноактеру или переименование улиц в честь Бориса Джонсона и ПТРК «Джавелин». Странно, что украинцам не пришло в голову установить в стране памятники японскому адмиралу Хэйхатиро Того или немецкого генералу Паулю фон Гиндебургу, нанесшим известные поражения российской армии. Впрочем, удивляться не стоит, ведь воображение украинцев ограничено их знанием истории. Украинство сельское всегда будет порождать украинство политическое – для меня это аксиома. Любое национальное обособление, любой этносепаратизм вырастает из культурных корней. Если мы не хотим рецидива трагедии, следует запретить все украинские культурные продукты, которые невозможно интегрировать в русскую национальную мифологию. Прочертить границу тут довольно просто: все, что является украинским начиная от Тараса Шевченко – в «черный список», а все, что от Николая Гоголя и русее – разрешено. Жестокая борьба требует жестких мер. Называйте это как хотите, хоть «отменой» украинской культуры, но эффект от ее потенциального исчезновения лучше всего характеризуют следующие строчки Егора Летова: «Мёртвый не воскрес/ Хворый не загнулся/ Зрячий не ослеп/ Спящий не проснулся/Весело стучали храбрые сердца.../Отряд не заметил потери бойца».