Александра Баязитова на «Октагоне» и её письмо «Яндексу». Я уже много раз писала о том, что российские СИЗО используются следствием не для того, чтобы до суда изолировать от общества действительно опасных для него типов (им-то без проблем дают домашний арест), а для давления на тех, кто опасен для самого следствия. Своим упорным нежеланием лжесвидетельствовать против себя и других эти люди могут преступно сорвать триумфальную сдачу уголовного дела в суд. Сейчас в женском СИЗО-6 томятся более 900 женщин, включая бабушек и несовершеннолетних девочек. От их имени я решилась попросить о помощи. Как вы думаете, найдётся ли в «Яндексе» желание помочь? Российские СИЗО созданы таким хитрым образом, чтобы максимально осложнить заключённым защиту, в идеале – сделать её невозможной. Например, все жалобы, ходатайства, заявления приходится писать вручную. Никакой техники, никаких компьютеров. Никаких копирок! Если нужна копия ходатайства или жалобы, её нужно также писать от руки. Технология такова. Сперва пишешь, например, ходатайство следователю. В двух экземплярах. Четыре страницы. Пара часов работы. Потом – жалобу на бездействие следователя – по пять страниц в двух экземплярах. С обеда до вечерней проверки уже мозоли на пальцах, рука болит, но терпимо. Потом – жалоба на незаконное действие следователя. По объёму столько же. Рука уже болит невыносимо, на предпоследней странице от боли слёзы из глаз, но знаешь, что нужно. Под лежачий камень в России течёт только, извините, дерьмо. И, как животное, которое, попав в капкан, отгрызает себе лапу, ты пишешь, пишешь, пишешь, пытаясь не обращать внимание на боль. То, что дома за компьютером сделал бы за 20 минут, ты делаешь два-три дня, получаешь от системы игнор, отказ, беззаконие, но пишешь, пишешь, пишешь… Уже соседки-сокамерницы, которые опустили руки и смирились, смотрят на тебя, как на сумасшедшую: куда тебе с ручкой и бумагой против большой мощной системы с компьютерами и принтерами? Но ты знаешь, что надо писать и не сдаваться. Пусть бесполезно, но хочется хотя бы знать: я сделала всё, что могла. Впрочем, ещё хуже оторванность от интернета и справочно-правовых систем. Большинство попадают в СИЗО, имея представление о правоохранительной системе исключительно из сериалов. Хорошо, если в камере окажется хотя бы старенький кодекс. Но зачастую нет даже его. Платный адвокат? 80–90 процентов узниц уверены, что их адвокат взял деньги, но ничего для них так и не сделал. Если вы не знаете, что он может и должен сделать, вы не сможете контролировать его работу. А платный адвокат без совести (или просто ленивый) может оказаться хуже бесплатного. Вам сильно повезёт, если ваш адвокат действительно будет работать на совесть, а на свободе найдутся друзья или родственники, которые будут вас снабжать хотя бы бумагой и шариковыми ручками – как тут говорят, начнут «греть с воли». А может, создать для заключённых компьютерный центр со справочно-правовой системой, текстовым редактором, принтером и другими полезными сервисами? «Яндекс», согреешь? (по ссылке – обращение Баязитовой к руководству «Яндекса»)