Женское здоровье на линии огня было капитально подорвано, организм постоянно был в состоянии мобилизации — и психически, и физиологически. К тому же женщины попадали в смешанные подразделения и осваивали самые разные военные профессии: несли воинскую службу в качестве медсестер, летчиц, саперов, разведчиц и даже снайперов. Как следствие тяжелых условий, многие женщины так и не смогли стать матерями в мирное время. А еще они получили порцию осуждения. Обидное определение ППЖ (полевые походные жены) стало клеймом для многих женщин-фронтовиков. Из-за этого некоторые из них стеснялись носить боевые награды и молчали о том, что были на фронте. Историки объясняют появление полевых походных жен как результат адаптации к фронтовым условиям, стремления избежать насилия. В обмен на сексуальные услуги, оказываемые вышестоящим по службе, у которых нередко были семьи в прежней, гражданской жизни, такие женщины получали защиту, нормальную пищу, надежду, что не будет посягательств со стороны других мужчин. Положение ППЖ было нестабильным, их могли отставить по тем или иным обстоятельствам, лишив всех привилегий и запятнав репутацию. Сохранились и документальные подтверждения сказанного выше. Например, согласно приказу Наркомата Военно-морского флота № 0365 от 6 мая 1942 года, из 21 292 женщин, призванных на флот в 1942 году, 1878 были уволены за «распущенность в поведении» и «по беременности». Сложная жизнь женщин продолжилась и в послевоенный период. Они заменили мужчин в быту, в поле и на производстве. Война ускорила массовое вовлечение женщин в низкоквалифицированный труд. Три четверти занятых в сельском хозяйстве после окончания боевых действий составляли женщины, на производствах их доля была больше половины. «Ой, работали, и на табаке работала, и сажали, и убирали. Я удивляюсь, как сейчас работают и как мы работали. Встанешь еще затемно, печку натопишь. Чуреков из кукурузной муки напечешь, каши наваришь, бутылку молока нальешь, яйца сваришь, все в корзину положишь и пойдешь в поле. А вечером на плече дровину несешь домой, ее ж никто не привезет, а мы в центре жили, а надо ее еще порубать, в печку положить». В период реабилитации после войны, когда остро ощущалась нехватка мужских рук, женщины самоотверженно брались за любую работу. Никаких слез и капризов. Никаких «женских дел» и никакого «слабого пола».