Полякам повезло: Красная армия сражалась внутри страны и не могла от всей души вломить обнаглевшим бывшим соотечественникам. Довольно быстро ляхи захватили Вильнюс, западную часть Белоруссии и всю Галицию, где пытались подавить восстания украинских националистов. Борьба националистов с националистами закончилась победой националистов польских.

Советским войскам куда важнее было дать отпор Деникину, собиравшемуся в поход на Москву и они несколько раз предлагали пшекам мир по сложившейся границе, но Пилсудский на мир не шёл, да ещё и французы подогнали корпус поляков в числе 70 тысяч штыков. Повернись история чуть иначе и сработай ляхи и белые вместе — не было бы ни СССР, ни нас с вами.

Но переговоры о совместных наступлениях затянулись: Деникин просил наступать, а поляки занялись демагогией и рисованием будущих границ. Естественно, стараясь побольше урвать. Но не срослось. И белых, и Пилсудского поддерживала Антанта, а Лондон, Париж и Вашингтон решили взять на себя ответственность и провести государственную границу между поляками-католиками, галичанами-униатами и белорусами-православными по этническому признаку.

Пилсудского это не устраивало, но гавкать на Антанту он не решался, зато решил схитрить и договориться с Москвой о приостановке наступления. Москву этот вариант устроил, ибо любой другой означал поражение большевиков, поляки же рассчитывали на устранение белых конкурентов руками Красной армии, после чего можно было разгромить ослабленную РСФСР и урвать максимальное количество земли, ещё и опираясь на поддержку западных покровителей. В общем, пока поляки особо никуда не наступали и соблюдали секретный сговор с Москвой, ведя чисто формальные переговоры с деникинцами, красные таки смогли разгромить белых...

Это означало лишь одно: секретному перемирию конец.

Пилсудский получил от Антанты военную помощь. Причём немалую: около полутора тысяч орудий и 10 миллионов снарядов к ним, тысячу самолётов, более 400 броневиков и даже танков, тысячи пулемётов, с полмиллиарда патронов, обмундирования и обуви на 3 миллиона человек. К апрелю 1920 года Польша смогла противопоставить большевикам 6 прекрасно оснащённых армий, да ещё и имеющих подавляющее превосходство в броне, пулемётах, артиллерии и авиации. А вот у советов армия была в Сибири и на Кавказе, где добивала белых… А ещё не было нормального тыла. Пислсудский быстро сговорился с Врангелем и украинскими националистами Петлюры.

25 апреля 1920 года началось генеральное наступление на советскую территорию, к 7 мая был взят Киев, в плен попали десятки тысяч красноармейцев, поляки на левом берегу Днепра подготовили плацдарм для дальнейшего наступления.

В РСФСР нападение Польши восприняли как очередную внешнюю агрессию, а Бруссилов даже заявил: «Пока Красная армия не пускает в Россию поляков, мне с большевиками по пути» и выпустил воззвание «Ко всем бывшим офицерам, где бы они ни находились» помочь в войне с Польшей. Большевики тоже подсуетились и издали декрет «Об освобождении от ответственности всех белогвардейских офицеров, которые помогут в войне с Польшей». В итоге в ряды красной армии влились тысячи добровольцев, отправившиеся на войну с поляками.

Пилсудский, уже мнивший себя победителем, не ожидал столь быстрого переброса советских резервов: к концу июня Киев вновь стал советским, в июле отвоевали Минск и Вильнюс, а в польском тылу восстали белорусы.

Поляки были на грани поражения, а Запад решил сохранить хоть часть инвестиций, и Антанта обратилась к Москве с просьбой о мире. Согласиться бы, но… Троцкий решил, что вот он, момент для революции в Европе, потребовав идти на Варшаву. В принципе, коммунисты в Германии, Венгрии претендовали на власть и могли поддержать Красную армию, если бы та пронеслась по Польше и дальше победным маршем. Даже Тухачевский вспоминал: «Нет никакого сомнения в том, что если бы на Висле мы одержали победу, то революция охватила бы огненным пламенем весь Европейский материк».

Но на Висле не победили.