Фашисты ненавидели именно советских пленных
(Тимур Шерзад специально для газеты ВЗГЛЯД)

18 февраля 1945 года в нацистском концлагере был зверски замучен советский генерал Дмитрий Карбышев. Тяжело раненый и попавший в плен в бессознательном состоянии, он отличался редкой стойкостью и принципиальной преданностью присяге. Немцы не смогли склонить его к сотрудничеству – за это Карбышев заплатил жизнью. Но генерал намеренно раздражал нацистов своей твердостью. А что было с «обычными» пленными? Много ли у них было шансов выжить в нацистских концлагерях?

К ним относились хуже, чем к военнопленным других стран. По той причине, что Германия сознательно пыталась «расчистить» для себя жизненное пространство, присоединив к Рейху в виде колоний отличные пахотные земли Украины и России. Поэтому сознательно уничтожала на них «лишних людей».

Все эти установки самым прямым образом отражались на судьбе советских пленных, которые были самой опасной для немцев частью этих самых «лишних людей». С начала кампании в СССР и до февраля 1942 года к немцам попало 3 350 000 советских пленных. За этот же период умерло более 60% пленных – гигантская цифра. Основными причинами были скудная еда, тяжелейшие условия переходов и общее обращение с советскими пленными. И голод, наверное, сыграл тут первую роль.

Взять, к примеру, 112-й пересыльный лагерь в Молодечно – средняя смертность в октябре 1941 года в нем колебалась где-то на уровне 0,3% в день, а в отдельные дни доходила до 1%. То есть, за месяц из числа пленных умирал каждый десятый. И это было только начало – в ноябре, когда ухудшилась погода, эта цифра (уже в целом, в зоне ответственности группы армий «Центр») возросла до ужасного среднего показателя в 1,3% в день – то есть, до 40% в месяц. А к февралю в отдельных лагерях в силу общего истощения людей доходило и до 46% в месяц.

Но, может быть, дело все-таки не в жестокости, а в условиях войны – когда вермахт, столкнувшись с крупными массами свалившихся на него пленных, не мог позволить себе организовывать их питание и содержание – просто потому, что было не до того? Взглянем на доклад властей Верхней Силезии. Речь о 318-м стационарном лагере в Ламсдорфе. На дворе – сентябрь 1941-го, а пленные пребывают в лагере с конца июля.

«Питания слишком мало для этих вечно голодных людей. Так что в первые недели можно было наблюдать, как огни, словно звери, пожирали траву, цветы и сырой картофель. После того, как на территории лагеря не осталось больше ничего съестного, они обратились к людоедству».

И совсем плохо пленным стало в самом конце войны. Отчасти потому, что Германию активно бомбили с воздуха, разрушая инфраструктуру. А отчасти потому, что Рейх радикализировался, отпетые нацисты действовали жестко даже по вермахтовским (отнюдь не гуманным) меркам.

Поэтому и происходили такие случаи, как с Карбышевым – близящийся конец войны вовсе не гарантировал скорого освобождения. Шансы получить пулю, удар штыком или смерть от истощения были всегда. И сохранять человеческие жизни могло только одно – быстро продвижение Красной армии или ее союзников. Что, к счастью, и происходило в реальности.