мой друг живёт в Праге, он азербайджанец, сто лет уже там живёт, как минимум, десять я его не воспринимаю, как азербайджанца, скорее как восточного бая, краснобая, он сказки сочинял. и хокку, и столько в них было красоты и легкости, медленного и нежного удивления миром, без копания ножом в себе и других, что не полюбить их в ответ было невозможно под одеялом уколол хвостик груши где любимая? я понятия не имею, что в этих семи словах такого магического, но они воздействуют на меня магически, очень медленно воздействуют и очень незаметно, как далёкий просвет на грузном питерском небе если я начну анализировать, искать в них мотивы пробуждения и пробуждённости в самом буддийском смысле слова, пробуждения во влюблённость в самом христианском смысле слова, то сам же себя и высмею, и всё исчезнет, поэтому я не анализирую, и просвет просвечивает если бы я увидел впервые эти слова нацарапанными на стене прокуренного парадняка, или, чего недоброго, в сборнике молодых поэтов, или в блоге винного критика, скорее всего, не заметил бы, забыл бы, снисходительно усмехнулся б а мне повезло, я уже тогда начитался нежных, грустных сказок этого человека, который не копался в мире ножом, мне казалось, что у него огромное сердце, и он смотрит на всё с любовью, и у него нет проблем с тем, что он существует и скорее всего, в самом этом хокку нет ничего, но из него торчит ниточка — к тому состоянию жизни, когда ты не тыкаешь без конца острыми предметами в себя и других, не рвёшь сухожилия, чтобы доказать маме, что ты стоишь любви, не пытаешься сдвинуть придавившую тебя плиту бессмысленности собственного существования, просто смотришь на мир и любишь его вывод вам может показаться притянутым за уши, и так оно и есть, но это важно: винодел в свои вина кидает такие вот ниточки, и если винодел — это чувак с необычным взглядом на мир, блаженный, если хотите, странненький, чувак с большим сердцем, то глоток его вина может тебе хоть на краткий миг дать глаза, которыми он смотрит, и сердце, которым он чувствует Вальтер Масса, Рауль Перес, Джанфранко Сольдера, Яго Битаришвили, Ансельм Селосс, Жан-Мишель Ком, Жо Питон, Йошка Гравнер, Йоханнес Циллингер, Константин Дзитоев, Чиро Бионди, Франк Корнелиссен это я только начал перечислять, они не просто мастера, у них разный уровень мастерства, стиль разный, они не просто хорошие люди, они такие, что хочется ими быть, побыть немного и через глоток вина это почти достижимо, так же как через этот хокку а Бах мне пишет сегодня, что ему не дает покоя французский лицей в Праге, в котором учатся две тысячи учеников и мимо которого ходят дважды в день толпы родителей, и вот бы поставить там Ситроен 1974 года и продавать с капота вино, а если нужна будет доставка — то снаряжать дочерей на велосипедах, в шлемах и белых гольфах — благо, их у него трое и ведь он же просто потрепался, а мир стал заметно лучше