Кортизольчик пошёл. Боюсь, что загребут в барак. То есть ум-то над всем этим насмехается, а лимбус нет. Ну, пришли люди в белом, говорили через маски, взяли мазки. Я же знаю, что я здоров. Но после того, как ты прочел «Замок» и, не дай-то бог, «Волшебную гору», всё, к Фрейду не ходи, мысль «а что если...» с самыми фантасмагоричными, абсурдными изветвлениями начинает пускать метастазы. А ну, как пробирки перепутают? А вдруг бумажки не те подсунут, закорючку не там поставят? А это точно были врачи? А что если они меня заразили намеренно из-за шуток про ноль? Точно, он ещё так палочкой провернул, аж слёзы из глаз. И в масках, я же даже лиц их не видел!

Вина у меня много, если вы об этом подумали. Бокальчик нальёшь — полегчает. Полусладкий гевюрц Зинд-Умбрешта вернёт лавиной цветов и персиков в ту далёкую хельсинскую весну, когда я впервые испытал шок от того, что вино может быть таким.

По старой русской традиции, я пытался всех удивить водкой, демонстрируя, как она горит. Бутылка «Гжелки» неожиданно выскользнула из морозилки и хлопнулась вдребезги. Какая цепь электрических реакций в моём мозгу заставила меня рассмеяться и взять в руки зажигалку, я уже не смогу восстановить в памяти. Почти незаметное голубое дрожание постояло как бы в задумчивости перед неожиданно открывшимися перспективами и ринулось расширяющейся пастью под фронт общажной кухни. Тьерри опомнился первым, он схватил швабру и начал сбивать огонь. Швабра вспыхнула уже настоящим алым пламенем, весёлым и жарким. Всеми своими верёвками. Огонь плясал на белых дверцах, Тьерри отчаянно махал факелом. И я не знаю, где бы мы справляли масленицу, если бы не Дамьян, который вдруг появился с ведром воды и метко ухнул его в нашу сторону, сумев накрыть одной волной холодильник, шкафчики и остолбеневшего Тьерри. Всё это произошло секунд за сорок.

А вечером мы пили гевюрцтраминер. И Тьерри посыпал блины сахаром (буэ, ох уж эти французы), наливал аккуратненько сверху ликёр Гран Марнье и поджигал. Но это было уже совсем другое пламя, так, пламишко.

Нет, подождёт Зинд-Умбрешт, и сицилийский нерелло маскалезе подождёт, с ним тоже есть одна абсурдная, дикая история, связанная с осевшими там соотечественниками. Именно ведь она и вспомнится. Со всеми мерзкими подробностями.

Всё, расчищаю от лего, мегаблоксов, динозавров и хотвилзов беговую дорожку. Если ты на «постсицилийском» карантине, дорожка — главная надежда на исправление гормонального баланса. Бег и Депеш Мод. Встретимся через час.