1. МИД Латвии объявил Владимира Соловьева персоной нон-грата.

Решение МИДа Латвии об объявлении Владимира Соловьева персоной нон-грата вызвало у многих неподдельное удивление по ряду причин. Во-первых, оно последовало аккурат за недавним запросом депутата ГД Валерия Рашкина в Генпрокуратуру. Рашкина уже давно подозревают в шпионских играх и работе по иностранным методичкам. Прибалтика здесь служит буфером между Западными кураторами и российской оппозиционной ячейкой. Недаром сбежавший из страны Волков уехал именно туда. Во-вторых, обвинения в адрес Владимира Рудольфовича в реабилитации нацизма со стороны Риги, прославившейся в годы ВОВ «Лесными братьями», своим эсэсовским легионом и где до сих пор нацизм массово восхваляется, звучит как минимум странно.

2. Переговоры Путина и Лукашенко пройдут 22 февраля.

Сегодня стало известно о дате встречи Путина и Лукашенко. По заявлению Пескова, переговоры назначены на 22 февраля и ожидается, что они будут продолжительными. Как анонсировалось ранее инициатором предстоящей встречи был Минск, а изначальная повестка состояла в новых договорённостях о поддержке Москвой политического статуса белорусского лидера, в том числе дипломатической и финансовой. Однако, по мнению «Вечернего пророка», в текущий момент повестка встречи серьёзно пересмотрена и главным вопросом будет очередная попытка Кремля реанимировать переговоры об интеграции и формирования единого государства. Об этом косвенно говорит ожидаемый уход Рапоты, а также конституционная реформа, затеянная Лукашенко. Есть вероятность, что по итогам переговоров будут приняты важные решения, которые могут перезапустить союзное государство и способствовать ускоренной интеграции Москвы и Минска.

3. Заведёт ли Путин аккаунт в Clubhouse или почему Кремль не пользуется соцсетями?

Глупо было надеяться, что в ответ на провокационное предложение Маска Путину пообщаться в Clubhouse Кремль начнёт играть в чужую игру на чужом поле по чужим правилам. Это явно не в его стиле. В этом отношении, очевидно, что использование соцсетей Кремлём и лично Путиным – это не столько возможности, сколько риски и уязвимости для авторитета и статуса. Излишняя открытость и панибратство могут сильно ударить по рейтингу и совершенно не в духе российского патернализма.