​​Читаем описание обеда у Салтыкова-Щедрина в «Господах Головлёвых». Суп, потом ветчина с горошком, потом караси в сметане, потом спаржа. Затем ещё жаркое — тетерева. Обед, правда, поминальный, ежедневно так помещики не ели. В «Пошехонской старине» отлично описан ежедневный быт с «подправлением» к обеду подтухшей и заветрившейся провизии. Но вот Стива ведёт Левина в ресторан. В будний день, днём, просто по случаю встречи. Заказывает тридцать устриц — на двоих. И пармезан, к нему хлеб. Суп с кореньями, рыбу под соусом, ростбиф, петуха, консервы. Ведь лопнуть можно уже после устриц. Как они ели-то так много? Изменились привычки? Для меня обед — суп, много — с салатом. Без хлеба. Если с хлебом, то уже без супа. Зато приём пищи четыре-пять раз в день. Но и Стива вряд ли раз в день питался, наедался впрок. Короче, непонятно.