Не существует — нет, не было и не может быть — задокументированных случаев “исправления неправильной сексуальности”. Да, было какое-то количество случаев, когда люди признавали свое как-будто бы излечение, но все эти кейсы были дискредитированы, поскольку потом люди либо отказывались от своих слов, рассказывая о том, что признание было дано под давлением, либо заканчивали жизнь самоубийством. По данным исследований, те, кто прошли конверсионную терапию, более чем в 2 раза чаще сообщали о попытках самоубийства и более чем в 2,5 раза — о повторяющихся попытках самоубийства. Ну и это почти всегда, привет, ПТСР, депрессия, селфхарм, ненависть к себе и прочие последствия для менталочки. Даже самые “мягкие” формы конверсионной терапии — скорее психотерапевтического свойства, нежели медицинского — фактически формировали людям большие проблемы, связанные с сексуальностью: им пытались внушить отвращение к тем “неправильным” объектам, которые их возбуждали, но в лучшем случае это приводило вовсе не к тому, что у них появилось влечение к противоположному полу, — а к тому, что у них просто пропадало любое, всё сексуально влечение. То есть, по факту, это было и есть обычное калечение. И мне до одури страшно и горько думать, что оно будет в России. За полтора года, что я уехала из страны, облик ее так круто изменился, словно, мы и не были никогда знакомы. Часть тех, кто остался, порой мне пишет: “Да все, как раньше. Ничего не изменилось”. И от этого “ничего не изменилось” меня еще сильнее прошибает холодом. #винтовкина_просексуальность