Арест Стрелкова, как и провал мятежа Пригожина, демонстрирует, что для политических перемен в России всё ещё необходима широкая общественная поддержка. В силу этого у заговоров (будь то либеральная оппозиция, боевые отряды или отставные офицеры спецслужб) нет шансов. Как верно замечает товарищ Кирилл Медведев, никто не вышел протестовать против задержания Стрелкова. Его черносотенная армия оказалась диванной. И в этом нет ничего удивительного — конверсия интернет-аудитории в политические действия прямо зависит от инфраструктуры участия, которую должны создавать сами политики. У заговорщиков этого нет по определению. В связи с этим иногда говорят, что деполитизация в итоге спасла нас от настоящего фашизма, потому что, мол, в политизированном обществе у всех этих тёмных сил получилось бы мобилизовать массы сторонников на политическое насилие и войну. Но тут делается грубая логическая ошибка: в политизированном обществе не могло бы возникнуть того режима, который стоит на деполитизации и который породил все эти явления. Однако с деполитизацией в путинизме есть другая более интересная проблема. С одной стороны, он структурно блокирует участие людей в политике и тем самым удерживает власть. С другой стороны, он нуждается в регулярной демонстрации всенародной поддержки президента, для которой приходится иногда вытаскивать людей из деполитизирующего сна и предъявлять друг другу. Например, на президентских выборах, где технически хватило бы и 30% голосов, но в плебисцитарном режиме это не прокатит. Суть этих «качелей» путинизма мне в своё время доступно объяснил Григорий Юдин. Предстоящие президентские выборы наверняка снова качнут их в сторону реполитизации. Для нас это всё означает, что главным направлением приложения усилий для прогрессивной демократической политики остаётся общество — без его широкой поддержки никакие серьёзные политические перемены не произойдут. Верхушечные стычки и катаклизмы уже раскачивают лодку будь здоров, но смотреть нужно на то, что думают, а главное, могут делать массовые слои.