Тридцать восьмая параллель имени Пригожина «Для власти и общества в целом сегодня необходимо поставить какую-то жирную точку в СВО», написал вчера Евгений Пригожин. Это диалектическое превращение Савла в Павла партии войны в партию мира озадачило всех, заставив строить более или менее конспирологические версии. Пригожин предлагает «корейский сценарий»: фактическую заморозку конфликта по нынешней линии фронта, и переход к «стратегической обороне». Он, правда, называет захваченные территории «жирным куском», но всем ясно, что это слишком маленький приз за все принесенные Россией жертвы и принятые риски. А Пригожин еще и не исключает, что украинцы могут прорвать российскую оборону, и часть «жирного куска» отобрать обратно. Но ничего страшного, пишет он. «Залижем раны». Главная цель пригожинской «38-й параллели» не в сохранении завоеванных степей, а в превращении России в «Ощетинившегося Военного Монстра». Для этого бизнесмен считает нужным зачистить «глубинное государство» - либеральную прозападную элиту. При этом в отличие от северокорейского образца, он предлагает «вытеснить вялый неэффективный государственный капитал» экономической эффективностью. По сути, речь идет о том, чтобы признать поражение для того, чтобы во имя гипотетического реванша переделать Россию по образцу ЧВК «Вагнер» по формуле: частный капитал + военно-националистическая диктатура. «Открытая террористическая диктатура наиболее реакционных, наиболее шовинистических, наиболее империалистических элементов финансового капитала», сказали бы об этой модели марксистские критики. Пригожин хочет конвертировать военное поражение в установление фашистского режима. Раньше Пригожин, в принципе, публично мечтал о чем-то похожем, но с важным отличием: прологом к установлению диктатуры должна была стать военная победа (в которой «повар» хотел сыграть решающую роль). Что произошло? Возможно, все дело в том, что кровавый восьмимесячный штурм Бахмута просто обескровил «Вагнеров». Они больше не могут претендовать на роль главной вооруженной силы путинского режима. На следующем этапе война пойдет уже без них. А, значит, прощай мечта конвертировать военные заслуги во власть и собственность. В какой-то степени это относится и ко всей российской армии. Пригожин, возможно, просто лучше других понимает реальный боевой потенциал группировки, и поэтому ищет спасения в срочном переходе к обороне. А еще не исключено, что Пригожин стал первой жертвой украинской психологической атаки. Угроза решающего контрнаступления украинцев нагнетается уже несколько месяцев. Само наступление постоянно откладывается, но панические настроения в российских штабах нарастают, провоцируя рост конфликтов и разногласий среди генералов и начальников. Рано или поздно эти разногласия должны были выйти на публику, и стать фактором политической борьбы. Может быть, странное корейское предложение Пригожина – это лишь первая ласточка. И открытая политическая борьба, которую Путин пытался уничтожить все 24 года своего правления, вернется в страну в условиях диктатуры и военных неудач.