Игуменья Однажды мы с Николаем сидели в отеле Belmond Европа, а вернее в одном из его ресторанов, местечко было камерное, всего на пару-тройку столиков. Официанты вышколенные до безобразия, понимающие вас с полувзгляда, кухня настолько изысканная, что сама королева Елизавета вторая с Владимиром Путиным полюбили этот ресторан. Уже через пару минут за соседний столик присели пятидесятилетняя бабища, с большими ярко-розовыми губами, и увесистая монахиня, неопределённого возраста, в чёрных балахонистых рясах. Они зашли, как две весёлые подружки, олицетворяющие собой «персону и тень», блядина и святоша. Блядина несла в себе все прелести прожитых лет, как если бы она торговала турецким шмотьём в начале двухтысячных, платила бандитам в девяностых, сидела за воровство в Италии, промышляла проституцией и далее по всему девиантному списку. Слегка подзабуханная, с громким и одновременно хриплым голосом, она то и дело выкрикивала: «Мальчик! Освежи бокальчик!» Когда официант вежливо обслуживал изрядно выпивших дам, блядина неустанно орала ему разные гадости: «Мальчик помолчи! Я буду говорить!» Монахиня тем временем жадно отглатывавала с бокала игристое вино и стыдливо хохотала. В маленьком зальчике нарастало напряжение моего Николая, он посмотрел на блядину так, что она вспомнила этот давно забытый взгляд, и несмотря на выпитые четыре бутылки шампанского, хриплая хулиганка встала и ушла, прихватив с собой в номер изрядно подпитую игуменью. Что дамы делали в номере, остаётся на ваше фантазийное усмотрение.