95-й Мне было лет шестнадцать, мы с Николаем пришли справлять новый год в ресторан напротив Петропавловской крепости, один из Питерских поплавков, что стоят на воде. Наших товарищей (большинство из которых я не знала) собралось настолько много, что был накрыт только один бесконечно длинный стол, и две бабёнки за соседним столиком на двоих с испуганным недовольством поглядывали на нашу компанию. Через каких-то пару часов под бой курантов приехала другая большая компания и стала наших мальчиков тыкать ножами, к счастью, тыканье происходило не при мне, а на улице возле входа. Началась суета, всё было в крови, всюду бегали раненые мужики, все орали и хаотично пытались что-то предпринять. Почему-то меня это совсем не пугало, выходя из-за праздничного стола, где-то в одном из холлов я увидела истыканного в живот ножом мальчика лет восемнадцати. Это было бездыханное тельце, он лежал на спине, как посиневший от смерти тюлень. Я стала делать ему искусственное дыхание и непрямой массаж сердца. Впоследствии выяснилось, что этот мальчик жив, и мне хочется думать, что именно я спасла его тогда. На днях Коля почему-то вспомнил этот случай, но тогда, в девяностые, это было чем-то очень обыденным, не стоящим особого внимания.