​«А ведь люди, лично закладывавшие взрывчатку и повернувшие ручку взрывателя, смотрят где-то сейчас по телевизору, как по пяти каналам российского ТВ с пеной у рта объясняют, что это не мы». Почему взорвали плотину Каховской ГЭС? 4 июня ВСУ начали долгожданное наступление. Точнее сказать, начали они его гораздо раньше - 1 июня, с завязывания боёв на юге Белгородской области в районе Шебекино и Новой Таволжанки. Но 4-го одновременно началось наступление на широком фронте в Запорожской области (от района к западу от Угледара до Орехова, с эпицентром в Большой Новоселке), в Бахмуте (где ВСУ взяли важную Берховку на северо-западе от центральной части Бахмута, что отрезает группировку ВС РФ западнее города, и вошли в Бахмут с юго-запада), а также атаковали на других участках фронта (Горловка, Марьинка). Таким образом российские резервы на севере должны прикрывать Белгород и воевать за Шебекино, на юге - стягиваться к Великой Новоселовке. И тут на картах российских военкоров впервые обнаруживается факт уверенного контроля ВСУ островов в русле Днепра вплоть до окраин Алешек - крупного города на левом берегу напротив Херсона, имеющего прямой выход на крымскую трассу. И тут же, «военкоры» вечером 5-го начинают беспокоиться о возможной операции ВСУ в районе Каховской ГЭС - дамба которой оставалась единственным возможным сухопутным путём для переброски войск через Днепр. При отступлении российские войска взорвали значительный кусок автомобильного полотна, но если бы её можно было захватить, туда быстро можно было бы завести понтоны из под Кривого рога или использовать западную мостостроительную технику для восстановления. Кроме того, контроль над дамбой позволил бы обеспечить контроль над водосбросом, а значит гарантировать работу понтонных переправ, которые можно было бы наводить на острова и просто через Днепр в узких местах. «Военкоры» даже успели написать, что принимаются меры против захвата плотины. И тут бац, буквально следующими сообщениями - о том, что она прорвалась, идёт сброс и т.п. С точки зрения планирования военных операций всё выглядело логичным. Пока внимание ВС РФ привлечено к попыткам прорыва на Запорожском фронте (писали, что начальник Генштаба Герасимов лично сидел там на одном из командных пунктов), ВСУ могли бы взять под контроль плотину и, одновременно, начать заходить в Алешки, наводя понтонные переправы через Днепр на острова для переброски тяжелого вооружения. Теперь весь этот план в прошлом. Десанты ВСУ, конечно, на катерах могут теперь пройти по затопленным территориям куда глубже в российские тылы, чем прежде, в том числе над минными полями. Однако, что делать десанту перед регулярными войсками с тяжелой техникой? Прикрывать его в степи с правого берега смогут только «Хаймерсы» и дальнобойная артиллерия, это так себе поддержка перед танками и тяжелыми минометами. И даже когда вода через 10-12 дней спадет, на левом берегу ещё месяца полтора будет не земля, а болото. Таким образом, подорвав плотину ВС РФ обеспечили себе покой на левом (южном) фланге, и могут сконцентрироваться на отражении украинского наступления на запорожском направлении. С военной точки зрения - очень умно и ломает все планы украинского командования. И даже сокращение размеров Каховского водохранилища не обещает ВСУ плюсов в плане возможной атаки через него в юго-западный фланг (условно на Энергодар и ниже). Дно водохранилище, если и обнажится, то будет представлять собой густой слой ила, через который никакие танки не пройдут ещё несколько лет. Единственное, что в этой ситуации могут сделать ВСУ - это найти в российской обороне на Запорожском или Донецком фронте участок, который можно будет «продавить» для развития полномасштабного наступления, а затем отразить российские бронетанковые резервы брошенные на затыкание этой дыры. Обе этих задачи выглядят очень непростыми. И не удивительно, что ВСУ взяло «тайм-аут» в наступлении. Николай Митрохин Цитата в заголовке - Олега Пшеничного.