​​Эта история с замученным, истощенным, лишенным свиданий с родными Навальным, которому гадят, подсадив в камеру бомжа, напоминает, как портили жизнь Лидии Чуковской. Уже совсем старухе, почти слепой, но - «обшарпаны стены, топтун у ворот, опасная стерва в том доме живет». Ей друзья присылали из-за границы фломастеры, это была невероятная редкость в Союзе, дефицит. Поскольку читать и писать она могла только с помощью здоровенной лупы и яркого черного фломастера. Ковыляла на почту, платила 12 копеек, получала бандероль, в ней 10 фломастеров. Радовалась год. После чего трижды получила фломастеры, у которых бритвой были срезаны кончики. То есть, кто-то сидел и тридцать раз, трудолюбиво сопя, срезал кончик фломастера. Спецоперация. Чтобы нагадить слепой старухе. Явно ведь по чьему-то распоряжению. Офицер, сотрудник могущественнейшей организации. В общем, поразилась я до глубины души, хотя многое уже про эту структуру знала. И этот несчастный бомж, делающий жизнь политзаключенного совсем невыносимой, хотя юридически придраться вроде не к чему, - из того же разряда. Нагадить по-мелкому. Как харкнуть сзади на спину фраеру очкастому. Повадки гопоты - тупой, ущербной, мстительной. Татьяна Мэй