Авиадиспетчер Ромео из Сочи - хороший парень, и это, наверное, не единственный его дефект, но поговорить с ним - как полетать над Байкалом - дело захватывающее. Уж такая у человека жизнь, фаршированная опасными сближениями, отсюда и мысли незаурядные.

Как правило, мы судачим о высоком: Джек Ма, гликемический индекс, болевые удушающие.

Пришла пора - сцепились на тему иммунитета.

Ну а о чём бы ещё нам бы, когда время такое - вся жизнь - один сплошной недокарантин.

Вырезаю тыкве брови; выходит добродушная морда. На Хеллоуин такая не сгодится, но в эти простуженные дни согреет.

Праздник через неделю.

Лусия примеряет вампирские челюсти, волоча сопли по гостиной, и громко поёт Синатру, хотя учитель по вокалу строго запретила надрываться с больным горлом.

Ромео - это позывные. Он прознаёт о том, что у нас лазарет, и выходит на связь. Наставляет на фармацевтическую химию не уповать, а натопить в молоке курдючного жира.

Курдючного жира!

Вовек не забуду, как мне посреди сентября приспичило приготовить дымляму.
Узбекское блюдо с мясом и овощами.

У моей мамы выходило бесподобно.

Я нашла рецепт: легче простого.

Взять чугунную кастрюлю, сложить в неё слоями ингредиенты и закрыть на два часа.

Первый слой - курдючный жир.

Что хоть это такое, спросила я у интернета, (жировое отложение округлой формы в районе хвоста у барана «курдючной» породы) и, огуглившись, отправилась на рынок.

В лучшей мясной лавке района таким добром не торгуют, но пантомиму “у барашке на попе очень вкусный жирок” оценили. Я предложила настругать жирка с разных кусков, и душевнобольной не решились отказать. Так, дымляма почти удалась. В средиземноморской трактовке, само собой.

Гнать недуги и закалять организм приходится имбирём.

У нас с Лусией ритуал таков:

разрезаем лимон напополам, выжимаем сок в два бокала.
У нас буквально семь минут, чтобы выпить, пока польза не улетучилась.
Большим и указательным пальцем зажимаем каждая по пластинке свежего имбиря, и отправляем его внутрь вслед за соком.

Дальше цимес в том, чтобы держать невозмутимое лицо.
Если имбирь ядрён, и по лицу текут слёзы, я говорю:
-Вспомнила одну очень грустную песню. Хочешь, спою?
Лусия - внучка дипломата. Она отвечает:
-Да. Только лучше завтра.