Новый мотоциклетный шлем. Я хотела красно-белый, как моя футболка с грузинской надписью “Сикварули”.
Красно-белый - это самое ослепительное сочетание цветов.
Однако романтическая половина нашего альянса сказал, давай, мол, у нас будут одинаковые - белые. Ради любви надо идти на жертвы.
Мы приехали в аутлет, и я с порога сказала: “Будьте добры, вот такой белый, размер два XL”. Высокий мотоциклический продавец сказал: “Твой размер - S, но, может быть, и M”.
-У меня очень большая голова, - сказала я со значением. - Мне нужен большой шлем, чтобы он на неё налез.
-S, - повторил высокий и ушёл за ним в кладовую.
-Я же говорил, - сказал романтичный человек.
-Ты просто не понимаешь, - я начинала злиться. - У нас в семье у всех очень крупные головы. Я не могу кататься в шлеме, который меня сплющивает.
Продавец принёс коробку и достал из мешка шлем.
-Он не должен болтаться, - пояснял он терпеливо. - Суть безопасной езды на мотоцикле в том, что защита должна плотно прилегать к голове.
-Икс эль будет очень плотно прилегать к моей большой голове, - настаивала я. До этого я каталась в чёрном шлеме одного товарища, Гонсало, размера L, и мне представлялось, что с ним все отлично. Чехольчик по мне.
-Дорогая, тот шлем безобразно танцует. Он ходит ходуном у тебя на шее!
-Ничего подобного. Он замечательный..
В этот момент продавец, как фокусник, быстро надел на меня шлем размера S.
Я сразу поняла, что снять его с меня можно только при помощи бензопилы.
Продавец пошатал шлем на мне и убедился, что он “не танцует”.
-Это хорошая модель, очень надёжная, притом лёгкая.. Мужчины занялись обсуждением достоинств марки.
Я думала: слава Богу, не накрасилась. Но всё равно ситуация очень плохая. Лицо сложилось в гармошку. Тем не менее, из ситуаций надо выпутываться. В три года мне объяснили, что ныть позорно и бесполезно.
-Я не смогу его снять. Я в нем умру. - доверительно сказала я.
Меня в четыре руки вытряхнули из шлема. Мои щеки были плиссированы, как школьная юбка. Я сказала, что передумала насчет того, что люблю мотоцикл.
-Ну ладно, пусть померит М, разрешил продавец. Он понял, что Большая голова не уймётся и не растворится в воздухе, как мираж трудоголика.