Ребята, у меня в голове уже играет Цой.

Неделю назад моя Элена пошутила, мол, как ты там, дружище, без бега? По лестнице скачешь или там пробка?

Сегодня мы встретили соседку в кроссовках, которая ходила вверх и вниз.

Они с мужем привыкли вести активный образ жизни — классические испанские пенсионеры, всегда пребывающие в движении и в прекрасном расположении духа. Постоянно ездят по Франциям, забираются там в горы, крутят педали.

-Я не помню, как ее зовут, - сказала я дочери.

Может, у нас, как у жителей Макондо из «Ста лет одиночества» Маркеса, уже стала пропадать память? Помните, там так долго шел дождь, что люди стали забывать названия предметов и принялись их подписывать: «стол», «стул», «корова».

Наш реализм какой-то немагический.

Одиночество героев Маркеса — от неспособности любить и справляться с предрассудками.

Мы-то, конечно, «не такие»! Однако перед лицом нежданных изменений мы оказались беспомощными циниками.

«Какой сегодня день?» Аурелиано ответил ему, что вторник. «Я тоже так думал, — сказал Хосе Аркадио Буэндиа, — но потом заметил, что все ещё продолжается понедельник, который был вчера. Погляди на небо, погляди на стены, погляди на бегонии. Сегодня опять понедельник». Привыкший к его чудачествам, Аурелиано не обратил на эти слова внимания. На следующий день, в среду, Хосе Аркадио Буэндиа снова появился в мастерской. «Просто несчастье какое-то, — сказал он. — Погляди на воздух, послушай, как звенит солнце, все в точности как вчера и позавчера. Сегодня опять понедельник».


Мне подарили «Сто лет одиночества» на русском в день моего шестнадцатилетия.

Утром 4 августа я узнала, что зачислена на первый курс факультета иностранных языков, испанское отделение.

Мы с подругами пошли в ресторан «Идиот» на набережной Мойки.

Достоевского читать меня всегда тяготило, а в ресторане, на мой юный вкус, было импозантно: абажуры, рамы, печатные машинки, радиолы.

Я тогда была знатная старьёвщица.

Мы пили «Киндзмараули» и ели фруктовое желе с вишнями и яблочными дольками.

Потом, уже на четвертом курсе, мне по наследству перешла дедушкина книга на испанском. Она была обернута, как тогда было заведено.

Думаю, нет более счастливого момента, чтобы перечитать этот роман.

А если он у вас будет впервые — что ж, это большое везение.