Продолжая начатый Борисом разговор об имперскости, хочу добавить, что закомплексованность русских элит, вечно стремящихся к исполнению какой-нибудь  невыполнимой миссии, есть лишь часть проблемы. Вторая ее часть – зацикленность на территории как на абсолютной, безусловной и даже сакральной ценности. Расширение своего влияния в пространстве (интенция, как писал еще раньше Борис, сама по себе вполне легитимная) мыслится русскими исключительно как прямой допотопный контроль территорий при помощи насилия – военного или полицейского. Никаких других форм распространения влияния, кроме «экспорта сапога», нынешняя национал-большевистская элита не признает. В этом смысле она уступает даже прошлой версии большевизма – интернационал-большевизму. Те хотя бы на первых порах пытались продвигать идею. Эти заранее знают, что их идея «русского мира» является неконвертируемой валютой, и поэтому предпочитают примитивный отъем территорий. Территориальный фетишизм, наряду с ядерным фетишизмом, является важной составляющей «синдрома Путина».