Анонс программы, требующий длинного предисловия. Если бы десять лет назад мне сказали, что я буду вести публичный диалог с Ходорковским под присмотром Михаила Козырева, я искренне рассмеялся бы этому человеку в лицо. С Ходорковским в его прежней жизни я знаком не был. У нас не было даже минимальных общих точек соприкосновения. Когда его арестовали, я, к своему стыду, в отличие от большинства коллег, не воспринял это как нечто из ряда вон выходящее. Я тогда был, кажется, в Нью-Йорке и давал интервью какому-то американскому изданию. Хорошо помню, что я тогда ответил на вопрос о Ходорковском - «Если это новая общая политика по отношению ко всем участникам приватизации, и за этим арестом последуют другие, всех без исключения по списку, то я -за. Если это личная расправа над Ходорковским, а все остальные останутся «при своих» - я против. Аналогично, если ЮКОС и все другие компании будут национализированы с целью вторичной более прозрачной приватизации – я за. Если все ограничится кражей ЮКОСа в пользу кого-то из путинских дружбанов – я против». Сегодня я смотрю на это иначе, но из песни слова не выкинешь. Уже когда я сам был в Лондоне, на одной из конференций в Британском парламенте ко мне подошел Антон Дрель – на мой взгляд, один из лучших адвокатов России тогда и сейчас. Он спросил, не могу ли я помочь его клиенту подобрать литературу по политической философии для чтения в местах, весьма отдаленных от Лондона. Я удивился и спросил, почему это проблема. Антон объяснил, что проблема есть, так как на руках у Михаила Борисовича может одномоментно находиться всегда не более десяти печатных продуктов, из которых девять - это процессуальные документы по уголовным делам. Поэтому для чтения остается всего одна позиция, к выбору которой, хочешь – не хочешь, надо отнестись весьма придирчиво: до следующей передачи другой книжки не будет. Так началось наше библиотечное знакомство. Когда Ходорковского неожиданно и необъяснимо выпустили на волю, мы в конце концов встретились и стихийно продолжили обсуждать то, что он успел прочесть в тюрьме. Выяснилось, что хотя мы такие разные, но по очень многим позициям мы вместе. Этому, наверное, способствует то, что мы одногодки и, в общем-то, советские разночинцы по происхождению. Живя теперь в одном городе, мы довольно часто встречаемся и часто спорим. Ментально Ходорковский – моя противоположность. Я абстрактен, он – конкретен. Я – диалектически обтекаем, он – математически точен. Я цепляю политическое и пытаюсь точнее определить проблему, он сразу ищет технологии решения этой проблемы. В общем, мне с ним интересно. Когда рядом с нами появился Михаил Козырев, возникло ощущение, что эти неформальные споры можно попробовать воплотить во что-то публичное. Что из этого выйдет и выйдет ли что-то, мы пока и сами не знаем. Но первый выпуск программы с немного кошачьим названием «Борисычи» вчера вышел. Ну, котики так котики… https://youtu.be/5pscB2dNpmw