Совершенно согласен с тем, что демократия есть продукт развития общества и форма его стабилизации,  а не инструмент его преобразования. Добавлю только, что непонимание этого стоило демократам первой волны потери влияния в 90-х. Они полагали, что, объявив демократию, таким образом решают все проблемы России. На самом деле, они их таким образом только обнажали и обостряли. Решать их должна была партия преобразований, получившая власть, но при этом ограниченная институтами демократии в своих амбициях. Получилось все наоборот. Партия преобразований быстро выродилась в партию удержания власти, а удержание власти начали с упразднения демократии. В этом смысл событий 1993-го и 1996-го годов. Это был диалектический кризис. Деградация преобразовательского порыва стимулировала желание ограничить демократию, ограничение демократии ускоряло деградацию реформаторов. Перефразируя О'Генри, я бы сказал, что преобразовать общество извне невозможно (разве что уничтожить), но можно создать такие условия, когда общество само начнет меняться, как будто в него влили дрожжи. Таким условием является установление демократии. Но условием, а не инструментом. Инструмент – это идеология и партия.