Ночью в приёмник вызвала невролог по поводу парня, который обратился с жалобами на боли в спине. Коллега вкратце описала ситуацию и провела меня в смотровую, где на кушетке, корчась от боли, лежал больной. Барышня, которая сопровождала ночного гостя, утверждала, что он поскользнулся на автомойке и ударился спиной. На любые прикосновения больной реагировал остро: стонал, корчился и указывал на ногу, которая «перестала слушаться». Я перевёл взгляд на невролога – она пожала плечами и сказала, что «неврологии нет». После осмотра повёл на КТ, на котором никаких нарушений не нашли. Объяснил, что ничего криминального нет, нужно просто немного отлежаться, обезболить, а завтра должно пройти. Посетители спросили насчёт госпитализации, ответил, что показаний нет и ушёл. Немного погодя девушка зашла в ординаторскую и ещё раз поинтересовалась, можно ли всё-таки уложить несчастного к нам, потому что дома покоя не будет, тут быстрее восстановится и всё в таком духе. Снова попытался объяснить, но чуть подробнее. Девушка послушала, покивала, вроде поняла, потом встала и направилась к выходу. В этот момент внутри меня что-то ёкнуло, защемила жалость, подумал, наверное, действительно, сложное положение, почему бы не пойти навстречу и сделать людям добро. Тем более она не налегает по обыкновению, а просто вежливо просит. Всё-таки решил уложить. Окликнул её и сказал, чтобы открыли историю. Девушка поблагодарила и ушла. Прошло около получаса. Я сидел в ординаторской, заполнял историю и периодически, откинувшись на стул, мечтательно обдумывал, какое же благое дело я совершил. Дежурные врачи понимают, как непросто заниматься больным посреди ночи, тем более после тяжелого дня с шестью госпитализациями, двумя операциями и прочими бумажками делами, а тут человек, который и вовсе не нуждался. Попытался даже вспомнить, когда в последний раз совершал что-либо подобное, где, переборов сон, лень, систему фильтрации, пошёл навстречу и госпитализировал человека, который в этом не нуждался. А ведь жалуются, что мы футболим, а я тут… Пока я увлечённо заполнял историю, в ординаторскую вошли две дамы среднего возраста. Одна из них села напротив меня и спросила, я ли дежурный. Получив утвердительный ответ, дама продолжила: – К вам поступил такой-то? «О, а это, видимо, родственники решили поделиться, как я только что перевернул их представление о нашей системе здровоохранения. Сколько плохого они слышали про нас, а тут вот оно как!» – подумал я, и с задористой улыбкой ответил, что да, как раз заполняю его историю. – Послушайте, я обращаюсь к вам, как к своему брату, – скороговоркой произнесла женщина, постепенно повышая голос, – я его тётя, с ним ничего не случилось! Он не падал, просто притворяется! Сейчас же выпишите его! Он своих родителей скоро доведёт своими выходками! Я опешил подобно как в ситуации, когда отключается электричество во время игры на компьютере, и весь многочасовой прогресс сбрасывается до нуля: в первое мгновение не успеваешь осознать, что произошло, а потом грудь постепенно наполняет досада. – А его сестра же сказала… – Это не сестра! – глаза женщины яростно засверкали, – Подожди, я ей тоже устрою, тварь такая! Она перевела дыхание и завелась снова: – Вот когда к вам поступают больные, вы же их не укладываете, а укладываете вот таких! Меня сюда один раз привезли, а здесь сказали, что всё в порядке и отправили домой. Потом выяснилось!… После продолжительной беседы я направился в палату к симулянту и сообщил ему, что за ним пришли родственники. Его страдальческое лицо в миг застыло в неприятном удивлении и глаза беспокойно забегали: – Что мне делать? – тихо спросил он. – Встречай их. – ответил я и пошёл обратно. Парень, чья нога буквально полчаса назад не слушалась, теперь на своих двух ковылял за мной. А я думал, как же, блин, сложно в этой больнице оставаться добрым…