У нас, у врачей, работа почти всегда сопровождается с проблемами со сном. С одной стороны недосып влияет на качество жизни, с другой – есть возможность детальнее изучить поведение организма при нарушении сна. К примеру, я, когда не высыпаюсь один день, чувствую слабость, усталость, повышается раздражительность, снижается работоспособность, начинаются проблемы с аппетитом. Не высыпаюсь второй день – прибавляется резь в глазах и нарушение концентрации. На третий день подключаются забывчивость, растерянность и тревожность. На четвёртый – что-то вроде апатии, или депрессии. На пятый вроде как должны преследовать суицидальные мысли, но вместо этого в голове что-то перещёлкивает и наступает ровно противоположное состояние, похожее на эйфорию. Будто мозг отчаянно запускает последние резервы, и ты превращаешься в некое высшее воплощение всего, к чему призывают тренеры личностного роста. Становишься активным, общительным, сообразительным, осознанным, и, как это ни странно для меня, включённым и вовлечённым. Но сейчас не столько о влиянии сна, сколько об одном эпизоде из эйфоричного дня, который выпал на амбулаторный приём в частной клинике. В тот день я был невероятно продуктивным: переводил статьи, писал какие-то заметки, которые полгода планировал, занимался иностранным языком - и всё это между приёмами. И сделал одну странную для себя вещь, которая стала причиной написания этой заметки. На приёме была мама, которая по моей классификации пациентов относилась к «убеждённым». Мама была убеждена, что сын чем-то болеет, но толком не могла объяснить, что не так: то нога не такая, то рука, то спина. И каждый раз, когда пытался объяснить, что это не болезнь, а обычный вариант строения маленького человечка, мама переключалась на другое и приводила какие-то примеры, где чей-то сын болелтем же, все утверждали, что мальчик здоров, а в итоге пришлось оперировать в Питере. Я пытался донести разными путями, выстраивая длинные и короткие логические цепочки, и каждый раз встречал недоверчивое молчание. После третьей попытки я обычно завершаю разговор, вручаю заключение и отпускаю маму на поиски специалиста, чьё мнение совпадёт с её опасениями. Но сегодня я был другим, и поэтому поступил не так, как обычно (в этом как раз странность). А подумал, что надо пересмотреть свои взгляды, ведь люди, даже в самых рациональных вопросах, почти всегда полагаются исключительно на эмоции. Тем более женщины, и тем более по отношению к своим детям. Поэтому мои научные рассуждения тут как разговоры об астрономии с агрономами. И, взяв коротенькую паузу, как бы ненавязчиво обронил: «Странно, что вы до сих пор сомневаетесь». Мама подняла голову. «Объясните, что вас волнует. В чём проблема? Давайте попробуем разобраться». Первые несколько секунд я сам опешил. Подумал, что я такое несу, она же не к психологу пришла. Но после этих слов в женщине произошла довольна странная метаморфоза. Она выпустила из рук ребёнка, которого доселе держала, прижав к себе, повернулась ко мне и впервые улыбнулась. Затем, будто оправдываясь, начала рассказывать, как переживает, что запустит какую-то болезнь, за которую сын будет упрекать в будущем. Рассказала, что когда-то сама упрекала своих родителей, но в чём конкретно не сказала. После этих слов, она поблагодарила, внезапно встала и ушла. Видимо, как говорят психологи, закрыла гештальт. Казалось бы, где ортопедия, а где – психология. P.S. Нужно пересмотреть свою классификацию и найти способ вызывать эйфорию без мучительных недосыпов