У каждого входа нашей больницы стоят охранники и никого из посторонних не впускают. Больница, как неприступная крепость, где с раннего утра и до позднего вечера охранники сражаются с каким-нибудь посетителем, которому срочно нужно попасть внутрь. ⠀ Но почему-то несмотря на обилие охранников и их упёртое нежелание пропускать кого-либо, больница изнутри кишит посторонними. Коридоры напоминают атмосферу вечерних супермаркетов, куда обычно ходят погулять и потусоваться. Для полноты картины не хватает гула игровых автоматов и лязга аэрохоккея. ⠀ Обилие посторонних негативно сказывается на рабочей концентрации. Потому что каждые три минуты кто-то заглядывает в ординаторскую и как в рандомной викторине: «Вы случайно не такой-то? А вы не знаете где он? А как его найти? Сколько его ждать? Долго нам стоять? А вы не можете посмотреть?» В коридоре и того хуже: «Как вызвать лифт?», «Где находится гинекология?», «Магомедов в какой палате лежит?», «Снимок можете посмотреть?» ⠀ Всё это сильно отвлекает, сбивает с толку и мешает сосредоточиться на писанине, которая, к слову, составляет больше половины работы. ⠀ Единственное место, где можно хоть немного сосредоточиться на работе – это операционная. Но и туда периодически прямо во время операции забредает какой-нибудь персонаж с широко вытаращенными (от любопытства или таблеток) глазами. На визг санитарки: «Эй, куда вы?! Это операционная!» Гость невозмутимо отвечает: «Хотел посмотреть как он там». ⠀ Мы недавно как-то посчитали и пришли к выводу, что около половины всех слов, что мы произносим в ординаторской, можно свети к одному предложению: «Здесь его нет, он у себя в кабинете». Его – имеется в виду заведующего. ⠀ Я напечатал на листке: «Заведующего здесь нет. Его кабинет слева, рядом с лифтом». Приклеил лист снаружи ординаторской, надеясь, что это разгрузит нас от части посетителей. Когда клеил бумагу, рядом стоял какой-то парень и с одобрительной ухмылкой читал мои записи. Наверное, думал, какой же я гений, что додумался до такого. Но не прошло десяти минут, как в ординаторскую заглянул тот же парень и спросил: «Заведующий здесь?» Я понял, что никакие надписи нас не спасут. ⠀ Проблема с посторонними, возможно, в принципе не решаема, потому что для любого местного ровно в тот момент, когда охранник отказывает в пропуске, проникнуть в больницу становится делом чести. Даже если изначально не очень-то и нужно было. А охранники, как мы знаем, никого не пропускают. ⠀ Когда мне звонят и говорят, что собираются ко мне в больницу, я про себя думаю: «Ну, давай, попробуй! Тебя же всё равно не пропустят!» И звонивший через пару минут каким-то образом оказывается в ординаторской. Что забавно, когда сам зову, мне перезванивают, говорят что охранники не пропускают. Так всегда. Ни разу не иначе. ⠀ Подводя итоги, задам пару риторических вопросов: «Зачем вообще нужны охранники, если весь город со всеми своими районами всё равно живёт в нашей больнице?» и «А что, если охранников не было бы вообще?» ⠀ Есть ещё другая крайность, когда своих пациентов, которые должны быть в палате, встречаешь где-нибудь на стадионе. Но это уже отдельная история.