Воронежских мобилизованных, отказавшихся возвращаться на передовую, принудительно вывезли в Луганскую область Более 50 мобилизованных, которые побывали под обстрелом на передовой, а затем смогли вернуться в Россию, снова отвезли в Луганскую область. Об этом Дождю рассказала жена мобилизованного Ивана Десятникова Алена. В конце октября группа мобилизованных воронежцев, заброшенная на передовую в район города Макеевка в Луганской области, попала под обстрел. Как позже рассказал жене Иван Десятников, после обстрела было много погибших и раненых, а те, кто смог спустя трое суток выбраться, отступили и отправились в сторону российской границы. На погранпункте их разоружили и отвезли в часть в Валуйках Белгородской области. Там их удерживали несколько недель. Как рассказывала Алена со слов мужа, с солдатами каждый день работал психолог, который убеждал их вернуться на фронт. Вскоре подключилась и военная прокуратура, которая начала угрожать мобилизованным уголовными делами, хотя никаких контрактов они не подписывали. После того, как Алена пожаловалась на условия содержания в части, ее мужу и остальным сослуживцам разрешили сходить в баню и дали постирать одежду. Однако Ивана попросили сказать жене, «чтобы больше не поднимала бучу». Вместе с сослуживцами Иван написал рапорт об отказе воевать. По словам Алены, таких, как ее муж, кто отказался от отправки обратно на фронт, было не менее 18 человек. Однако утром 17 ноября военнослужащим сказали, что сегодня их повезут в Луганскую область в населенный пункт Зайцево «в связи с эвакуацией», как рассказывает Алена. За день до этого, как рассказывает Алена, мобилизованных отвезли на медкомиссию — впервые с момента призыва. Ее мужу при этом изменили категорию годности с «Б» на «А», более высокую. Около 16 часов мобилизованных загрузили в КамАЗ военной полиции и повезли в неизвестном направлении. Как рассказывает Алена, сестра одного из солдат приехала в Валуйки и попыталась сначала снять видео погрузки бойцов, а затем отправиться за ними, чтобы узнать, куда их везут, но ее задержала полиция. С тех пор связи ни с ней, ни с мужем у Алены не было.