нимала и осознавала всю степень возможных проблем, а папа был тогда горячий и вспыльчивый, Боже, как же я скучаю по тому Игорёше, который ставил всех на место и всегда «держал свои две полоски» (тут вам сложно будет понять, но это не метафора, а фактическая позиция папиного автомобиля между разделительными полосами на дороге, он всегда говорил и говорит, что главное находиться в своем ряду и не уступать придуркам, хотя бабушка всегда твердила, что дураку надо уступить дорогу!). Папа стал заложником системы, именно в 2010 я не в первый раз осознал, что «Деньги не решают всё», а вот связи могут как открыть, так и закрыть почти любые двери. 2013, тут много писать не хочется, опять революция, опять Майдан, громко, страшно, холодно и больно. Нет, мне не досталось, хоть я с родными каждый день ходил и помогал и приезжим, и волонтерам и активистам и даже тем, кто был «на передовой». Мы с братом и другими нашими друзьями объединились и патрулировали наш район, нам казалось, что мы делаем полезное дело, мы чувствовали себя нужными. Но не все так красочно как казалось бы. Я до сих пор не понимаю почему в нашей стране всё происходит именно так как оно есть, почему об нас, об великую страну, о вольных и сильных духом людей вытирают ноги. 2014 - Крым, Донбасс. Страшно, ведь мой отец и многие мои друзья часто ездили в зону АТО, и самое страшное, что эти поездки были «по работе», то есть так надо было, и другого варианта быть не могло. Я не знаю как чувствовали себя люди, которые потеряли дом, те, кто потерял близких, не по природным или случайным обстоятельствам, а потому что их отняли. Я не знаю как это, но я уверен, что это страшно! Скоро будет 8 лет с начала «конфликта на Донбассе», как принято это называть в мировом сообществе и в этих ваших интернетах. 8 лет! Я никогда не был силен в истории, но это очень много, не только для войны, а вообще для всего человечества, для одной нации и для конкретного человека! Это страшно, признаю, ведь я тоже боялся, за себя, за родных, за свой дом, и за свой город. Слухи, новости, разжигание вечной вражды, всё это, казалось, длится целую вечность. В 2016м я впервые ощутил ненависть «властьимущих», я никогда об этом не говорил открыто, но моя первая поездка в США была вынужденной, так сказать - «либо здесь тебя закапают, либо там еще поживешь». Мы заплатили «за помощь» я взял 3000$, чемодан и меня посадили на самолет - вернешься, когда разрешим, когда именно - не знаем! Спустя 4 месяца мне разрешили вернутся, мол «вопрос решили». Как сейчас помню адвокат на Волл Стрит, а после и еще одна еврейская женщина в одном из высоких офисов Беверли Хиллс сказали мне одинаковые слова - стань блогером, ведь лучшая защита - это публичность, а там и беженцем оформим. С 2016 я неоднократно сталкивался с силой, прослушкой, вновь кумовством и кромешной несправедливостью в лице судовой, силовой и регулятивной власти (надеюсь, что такие слова можно использовать именно в такой последовательности и именно в таком простом тексте, не консультируясь с редакторами и юристами). Короче я сталкивался со страхом и выбором - молчать или говорить, действовать или бежать. А ведь я уже бегал, и по сути это было легче и менее нервно чем доказывать свою правоту. К чему я это, я никогда не боялся простудится, и тем более уже 2 года я не боюсь заболеть короной, я даже венерии не так боюсь, как этого чертового «вторжения» о котором люди говорят уже несколько месяцев. Вчера многие у меня спросили - уезжаешь? Семью увёз? Ты продаешь имущество? Что будешь делать? И я всем ответил, а куда мне уезжать? Чего я должен куда-то уезжать не по своей воле? Почему кто-то бежит и от чего вообще бежать? Я так устал боятся, я так устал трястись за «не построенное», не сказанное и не сделанное. Я не хочу уезжать со своей страны, я не хочу увозить родных и тем более я не хочу лишаться своего ДОМА! Нет, я не рвусь на фронт, и тем более не лезу с кулаками, но и вторую щеку я точно не подставляю. Я искренне верю в то, что то самое «вторжение» не начнется, нам и так хватает «вторгнувшихся» с двух сторон. Я искренне верю в то, что «Большие дяди» смогут