​​«Правила такие, брат, старший он, а младший ты» — новый альбом Ветла Удалых

С возрастом люди становятся серьезнее и смиренней. Интересно, бывают ли исключения? 5 лет назад Ветл Удалых, московский предприниматель и участник культового дуэта Трагедия Всей Жизни, еще мог зачитать на гостевом куплете что-нибудь про карликов, молдован и катях на замшевых мокасинах. Вперемешку с именами диктаторов, званиями ментов и наименованиями сортов все это сливалось в едкие криминально-абстрактные заметки о жизни людей-гоблинов в россиянии. Кульминацией ветловского стиля стал альбом «Крест на крест», выплюнутый в ухо слушателя смачным харчком гнилозубого могильщика в черную яму. Там экскрементальные этюды еще присутствовали, но от них уже было страшно, а не смешно. «Крест на крест» вышел в 2013 в другой стране и в контексте другого рэпа. Долгожданный альбом «Старший», второй сольник Ветла, тяжело воспринимать в отрыве от «Креста». Времени прошло много, а автор одного из сильнейших высказываний о путинской России (тем более сильного, чем более незамеченным оно прошло) не мог молчать 7 лет просто так.

«Старший» оказался в 2 раза короче «Креста», юмора на нем не осталось вообще, а тексты фиксируют скорее тектонические сдвиги в душе самого автора, чем изменения окружающего ландшафта. Выплеснув яд разочарования в человеке на «Кресте», Ветл ушел во внутреннюю эмиграцию. Он больше не провоцирует, не эпатирует и не выносит приговор. Тексты стали более философскими по содержанию и поэтическими по форме. Безысходность «Креста» осталась, но ушла его едкость и злоба. Это тексты человека, смирившегося с внешним злом и почти с отеческой заботой наставляющего слушателя: «Правила такие брат, старший он, а младший ты». Если раньше было провокационное: «Ошейник и кнут, вот что вы любите, покорные рабы в мечтах о валюте», теперь осталось: «Я все такой же гандон, я все такой же кретин, и словно мухи на говно мы все куда-то летим». «Ничего не изменится» — была такая песня у Ветла. Но если раньше эти слова вылетали с сардоническим хохотом, то теперь они звучат на глухом выдохе, глаза опущены вниз. «Трупом России разит на весь свет, и я бы убил в себе человека, но того человека во мне больше нет».

С музыкальной точки зрения «Старший» преподносит пару приятных сюрпризов: Ветл оказался современным человеком, осознающим изменения в звуке. Например, в «Священном Гулаге» и «Холодный как сталь» он использует более распевный, новый для него флоу. Минималистичный бит в «Старшем» напоминает лоу-фай-хаус, такого точно не могло быть на релизах ТВЖ. Бит в «1984» и вовсе сделан на 808-х в духе клауда. Ветл обновил звук, не потеряв мрачности и протестности, а это не просто.

«Старший» разочарует многих старых фэнов ТВЖ, которые не найдут здесь фирменного абсурдного юмора. К счастью или к сожалению это очень взрослый альбом, автор которого не стремится вас развлечь. Он больше похож на сборник стихов, тут нужно считывать и примерять на себя. А считывать тут есть что: «В глубине мутных вод на родной стороне, будет проклят народ победившей в войне, рукоятку сжимать непослушной рукой, народила нас мать, славься вечный покой».

Ветл Удалых «Старший»
 | Я | Vk