Роман Романов, политконсультант, социолог, автор канала "Балтийский чай". Самое сложное в обсуждении пригожинского мятежа: отделить эмоции от прагматики. На эмоциональном уровне большинство страны облегченно выдохнуло, потому что поняли, насколько тревожный момент мы только что проскочили (возможно – чудом). И потом возник очень понятный запрос: а где жесткая брутальная реакция государства? Где наказание мятежникам? Где железная воля и бескомпромиссная демонстрация, что так вести себя никогда и никому нельзя? Где показательный жестокий урок? Ведь получается, что ты можешь сделать неосторожный лайк и репост – и присесть в тюрьму. И ты можешь организовать вооруженный мятеж – и с оружием и знаменами уйти в Белоруссию. Такие вопросы более чем понятны, но ответ на них один: друзья, а вы и правда хотели, чтобы во время боевых действий на западном фронте, внутри страны фактически открылся второй фронт? Вы представляете себе последствия этого? А последствия были бы катастрофичны. Большая удача что удалось обойтись без большой стрельбы. Счастье, что никакой пьяный, неадекватный или обдолбанный дурак с той или другой стороны – или просто из публики – ни в кого не выстрелил, не упал под танк или тягач. Горе, что погибли пилоты. Но это горе могло стать намного большим. В итоге российская политическая система в очень характерном для себя духе не стала демонстрировать брутальность, а в буквальном смысле слова ВЫКРУТИЛАСЬ переговорно-позиционными методами. Купировать вооруженный мятеж таким образом – это надо уметь. Чего тут больше: искусства управленческой борьбы или удачи – мы не узнаем, пока не откроются все детали. Пока это выглядит как стратегия Кутузова из «Войны и мира» - победить, не сопротивляясь. Также удалось сохранить – а частично и интегрировать – рядовой состав мятежников, среди которых и правда много хороших, честных, абсолютно патриотически настроенных людей. На всё ушли сутки – а это не так много для сложного, большого и довольно неповоротливого российского управленческого аппарата. Нужно учитывать – такой сценарий явно никто не просчитывал, «Вагнер» был свой – и ни военные, ни спецслужбы, скорее всего, столь резкого разворота не ожидали. Есть и итоги, которые можно назвать позитивными: если «Вагнер» и правда уходит в Белоруссию, это выглядит как завуалированная угроза Литве, Польше и Украине с севера, ставит под удар украинскую столицу – Киев, который оказывается на расстоянии марш-броска. Но хорошо бы понять, какие выводы будут сделаны. Что мы готовы сделать, чтобы защититься от повторения подобных историй в будущем? Как усилить защитный контур внутри страны и не задавить низовые патриотические инициативы? Как усилить работу местных силовых структур, гражданской власти и медиа в таких ситуациях? Как обеспечить лояльность элиты? Как показать, что наше ядерное оружие надежно защищено от попадания в руки взбунтовавшихся людей с оружием – и как сделать, чтобы никаких взбунтовавшихся людей с оружием больше не было? Есть два рискованных сценария:1) еще больше всё зарегулировать и запретить, чтобы даже следами инициативы не пахло 2) не делать ничего, решить, что всё хорошо и все молодцы. И есть сценарий здорового человека: провести глубокую проработку, стратегирование, в буквальном смысле проработать возможные сценарии и провести по ним серию учений – с методичками, должностными инструкциями и т.п. И самое важное: любое такое ЧП возникает не на пустом месте, а на основе существующих проблем в армии, управлении, обществе. Этой социальной базы потенциальных мятежников и нужно лишить.