Через 25 лет смещается оптика. Я пишу, что усиление чекизма началось с приходом Путина. Но это произошло раньше – с приходом Примакова (чекиста из внешней разведки) осенью 1998 года после краха либерализма. В Terra Economicus, №4, 2022 как раз читаю об этом периоде: «По замечанию Е.Примакова, «у нас олигархами становились те крупные бизнесмены, кто рвался к власти, внедрял своих людей на различные государственные посты, создавал и поддерживал коррупционную практику чиновничества. Чудовищно разбогатев в результате грабительских условий приватизации, эта группа в период президентства Б.Н.Ельцина, сращиваясь с госаппаратом, заняла особое положение в стране». Для них было характерно преобладание мотивации на извлечение рентных доходов, нацеленность на перераспределение существующей стоимости в сырьевых отраслях, вовлечение в прибыльную добычу энергоносителей. Сложившаяся ситуация предопределила малую вероятность отхода от односторонней сырьевой ориентации экономики и незначительные шансы на проведение диверсификации и развитие производства продукции с высокой добавленной стоимостью. Российский крупный бизнес встроился в ГЦСС (глобальные цепочки создания стоимости -Т.) в роли поставщика сырьевых товаров и продукции первого передела. В новых институциональных условиях крупные предприниматели оказались в ситуации выбора относительно использования индивидуальных политических связей и получения на их основе конкурентных преимуществ. В практическом аспекте обеспечение баланса интересов экономических и политических субъектов, сохранение присутствия крупного бизнеса в вертикали власти (или его включение в вертикаль власти) означало принятие и исполнение крупным бизнесом «вторых» ролей во взаимоотношениях с представителями государства. Вторые роли не означают второстепенные, вспомогательные. Вторые роли крупного бизнеса призваны обеспечивать реализацию национальных государственных стратегических приоритетов. При этом роли могут быть весьма разнообразны и охватывать широкий диапазон».