Мнение экспертов. Публицист, основатель телеграм-канала «Толкователь» Павел Пряников – об эпидемии доносительства в России. Вал доносов поразил воображение всех слоев российского общества, вплоть до высших чиновников – того же пресс-секретаря президента Дмитрия Пескова. Но есть ли в процессе доносительства какая-то неожиданность? Проблему можно разделить на две части: побудительные мотивы доносительства и реакции Системы на них. Одна из лучших исследовательниц «системы русского управления», экономист Ольга Бессонова из Института экономики и организации промышленного производства СО РАН в своих работах отмечала, что во внеинституциональных системах, к которым относится и Россия (т.е. в отсутствие эффективной судебной системы, парламентаризма, местного самоуправления, независимых СМИ и НКО) у всех слоев системы есть только два типа сигнала наверх о каких-то непорядках: «бегство» и «голос». «Бегство» подразумевает и прямой побег из страны, и увольнение из учреждения, предприятия и т.п. Такой способ протеста мы уже видим, как началась СВО: эмиграция (релокация) сотен тысяч россиян, а также есть и увольнения значимых политических управленцев – Чубайса, Кудрина, Дворковича и др. Такой способ «протеста» был всегда присущ России. От разного рода лишений и гонений бежала знать (началось с князя Курбского), крестьяне – на Дон или в Сибирь, старообрядцы, черкесы, евреи и т.д. Некоторые исследователи в этот способ протеста записывают даже неимоверно огромную сдачу в плен российских солдат (как это было в Первую мировую и Великую отечественную), немыслимую для других армий. «Голос» же и подразумевает доносительство, жалобу. И это тоже старинный механизм взаимодействия населения с властью. В какие-то времена оно институционализируется – например, в виде доносных ящиков при царских госучреждениях. В какие-то – пресекается: как в позднесоветское время не давали хода анонимкам, а самых навязчивых доносчиков даже судили как лжесвидетелей. Зато доносы именные, особенно коллективные и с приложенными фактами удостаивались в СМИ того времени особой рубрики «письма читателей», и по ним госорганы были обязаны реагировать. В большинстве случаев россияне доносят из лучших побуждений, искренне, считая себя добровольными помощниками власти по искоренению разного рода «заразы». В меньшинстве случаев – из корыстных побуждений. Ряд исследователей сталинской эпохи приводили примерное соотношение этих двух доносов в то время – 85:15. На 6 искренних доносов был 1 корыстный – сместить с должности сослуживца, занять его комнату в коммуналке, отомстить за личные обиды. Думаю, в нынешнем вале доносительства должно быть примерно то же соотношение двух типов доносов 6:1 – культурно-психологические особенности нашего общества с тех пор поменялись мало, его основу до сих пор составляет «служивый человек». Но выше я отметил, что вал доносов возникает тогда, когда Система сама поощряет их. Когда понимает, что сама она не справляется с недовольством внутри общества. Сейчас, как мы видим, наступило такое время. Доносительство дисциплинирует общество, хотя и психологически травмирует его. Все больше людей в такое время начинают самоцензурироваться, не доверять даже некогда близким людям, атомизироваться. Атомизированные, запуганные люди не опасны для Системы. Донос нравственно, психологически разлагает и служащих Системы. Он не предлагает законных методов расследования. Например, я пока не видел ни одного случая, когда с доносчика следственные органы потребовали доказательства сказанного каким-то человеком – аудио- или видеозапись, экспертизу голоса, исследования на полиграфе и т.п. Для следственных действий по другим делам такое немыслимо. Это примерно как посадить за убийство человека только на основании заявления одного свидетеля. При том, что по доносам сейчас часто дают такие же сроки, как за убийство. Только сама Система может остановить этот вал доносов от добровольных помощников. Как это было уже не раз в нашей истории. Но наверху считают, что такое время еще не пришло.