(к предыдущему посту) Ещё Проффера поразил звериный антикоммунизм в советской художественной среде, переходивший в человеконенавистничество. Так он описывает одни из таких посиделок с советской богемой: «К сожалению, бóльшая часть вечера ушла на долгий и бесплодный спор о Вьетнаме. В течение нескольких следующих лет мы регулярно спорили с нашими русскими друзьями на эту тему, и они, как правило, не понимали нашей антивоенной позиции. Особенно горячился Андрей (Сергеев – поэт и друг Бродского): он утверждал, что очень глупо с нашей стороны не уничтожать коммунизм везде, где только можно. Именно этот аргумент нам обычно и доводилось слышать от наших охваченных милитаристским пылом оппонентов, причём не от каких-нибудь невежд, незнакомых с американской культурой и историей, а как раз наоборот, от тех, кто знал о ней больше других. Худшим, что мы тогда услышали от Бродского, было следующее: мне жаль это говорить, я люблю людей, но вы должны отправиться туда (во Вьетнам) и сбросить на них водородную бомбу. «Это очень печально, но они же не люди», – добавил он. Мы вспомнили студентов, которые подвергались насилию со стороны властей на съезде Демократической партии США в 1968 году, в Беркли и других местах. Андрей заявил, что так им и надо: мол, если студенты собираются на митинги и протестуют, то «они превращаются из студентов в политиков». Типичным для этой линии поведения были и выпады против чернокожих борцов за свои права. Не так уж плохо они живут, говорил Андрей, чтобы всерьёз на что-то жаловаться. Один русский зэк попросил, чтобы его отправили жить в негритянское гетто. Нам не раз повторяли этот анекдот в доказательство того, что русским живется гораздо хуже, чем самым разнесчастным американским неграм. Андрей заявил, что и свобода слова должна быть «не для всех». Андрей был очень расстроен нашей позицией и разорвал с нами отношения, решив, что у нас слишком уж левые взгляды».