У Гефтера (который был хорошим историком, одним из немногих продолжателей школы Покровского) в его записях есть интересное наблюдение о том, как видел будущее России Ленин, после того, как стало понятно – Мировой Революции не будет. «Была женщина, покойная Полина Семёновна Виноградская - вдова знаменитого Преображенского, сотрудника Ленина и сподвижника Троцкого. Как-то мы с ней заговорили о Ленине, которого она близко знала, и она сказала: после 1920 года Владимир Ильич был уже не тот человек! Ленин, который не дотянулся штыком до Варшавы, чтобы пробиться к Берлину с верой в европейскую революцию, стал терять себя самого. Метроном судьбы для него отсчитывал явственные удары. Ленин был близок к тому, чтоб понять — мировой революции вообще не будет. Та мировая революция, на которую он рассчитывал, идя к Октябрю, вокруг идеи которой собралось руководящее ядро интеллигентов, эмигрантов и подпольщиков - мировая революция в той форме, которую ждали, состояться не может. Как Ленин определял теперь место России в международной революции? Ленину принадлежит крылатая фраза, ёмкая по сути. Он сказал однажды: тогда мы снова станем отсталыми. Фраза очень характерна. То есть Россия, раскачав маятник мировой революции, раскачает эту систему. Мы, большевики, работой внутри России — не одноактным взрывом, но всё же сдвинем остальной Мир с места. А далее музыку станут заказывать другие - те, кто ушел вперёд. Мир-Европа-Германия - вот кто поведёт всех путем более цивилизованным, более отвечающим нормам европейского Мира и учению Маркса, как они его понимали и принимали».