80 лет великому писателю Эдуарду Лимонову. В эти дни много писал о воспоминаниях американского профессора Карла Проффера, спасавшего (вместе с ЦРУ) русскую литературу, вывозя и печатая её на Западе. Так и Лимонова спас и сделал писателем Запад. Кем он был бы в СССР, оставаясь в нём? Официозным культурным деятелем не стал бы, диссидентской верхушкой – тоже, так как не вышел родовитостью (в этой среде он был человеком второго сорта, обшивая андеграундный бомонд). Спился бы или мыкался по тюрьмам. В СССР он писал только стихи, и кстати, неплохие, доказательством чему - бронзовая медаль на Поэтической Олимпиаде в Лондоне в 1980 году. Но прозу Лимонов стал писать только на Западе. Как писателя его открыл французский издатель Жан-Жак Повер, за что Лимонов часто говорил ему благодарственные слова. Он и там презирал диссидентскую советскую аристократию, ошивавшуюся возле разного рода радиоголосов ЦРУ и прочих спецслужб, и принципиально не учивших язык и не собираясь что-либо писать на языке новой Родины. Лимонов на Западе стал настоящим западником, западным писателем. Подобно Набокову, в одном западном интервью он сказал: «Мне только 15 лет». Ранее так ответил Набоков, только про «10 лет» - имея в виду, что он живёт в США 10 лет. Лимонов ко времени этого интервью прожил во Франции 15 лет. Вернувшись в Россию, Лимонов зарыл свою самореализацию. Он, безусловно, должен был получить Нобелевку, но весь свой талант направил на борьбу с теми людьми, кто ни во что его не ставил и в СССР, и в новой России. Под старость он задумал прибиться к своим гонителям, хотел примирения, но в России принято играть с нулевой суммой. Сложил оружие – проиграл, ступай трудиться на псарню. В России так и нет музея Лимонова (и скорее всего не будет). Может, в его Франции кто догадается сделать.