Сегодня пожилое начальство перманентно считает оскорблением себя то, что молодёжь эмигрирует (и настроена на эмиграцию), а внутри страны не хочет активно поддерживать идеи стариков. Снова обращусь к исследованию ЦИРКОНа «Ценностные ориентации современной молодёжи» (2021), которое показывало, что уже до СВО значительной части молодёжи не нравилось происходящее в стране. Понятно, что СВО только усилило их психологическую травматизацию. «Все наблюдаемые в социальном мониторинге показатели свидетельствуют о нарастании настроений тревожности в молодёжной среде. Если страх или отчаяние в отношении своего будущего испытывают 20% 18-25-летних и 32% 26-35-летних, то будущее страны вызывает у них подобные чувства заметно чаще (33% и 42%, соответственно). За период 2010 г. по 2019 г. доля 18-24-летних россиян, часто или постоянно испытывающих стресс, увеличилась двукратно, с 15% до 29% (среди 25-34-летних показатель вырос с 18% до 21%). В 2021 г. 41% 18-24-летних россиян периодически или даже постоянно чувствовали одиночество, что вдвое чаще чем даже среди пожилых людей (24% среди 25-34-летних, 18-23% в старших возрастных группах). Также на передний план выходит страх войны (очень тревожит 60% молодежи 14-20 лет), усилившийся после 2014 года на фоне обострения отношений между Россией и США и европейскими странами. Зумеры наиболее заметно отличаются беспокойством в отношении к угрозе диктатуры и ограничения массовых свобод, которая «однозначно беспокоит» 46% 18-24-летних (при 37% среди 25-34-летних и населения в целом). Быстрее других осваивая цифровые компетенции и буквально живя в сети, зумеры чаще других боятся лишиться Интернета – каждый третий (34%) не представляет своей жизни без интернета». Здесь ещё надо понимать то, что российское общество было брошено в СВО после тяжелейшего испытания эпидемией Ковида, от последствий которого оно не успело оправиться. В том числе и молодёжь: «Молодёжь тяжелее других групп переживала период самоизоляции – около половины испытывали апатию, около 40% периодическое чувство безысходности, примерно у трети началось расстройство пищевого поведения. В общем, молодёжная часть россиян – это страта постоянной травмы. Что объяснимо – они не прошли «инициацию» советским временем и 90-ми годами. Почти никто из них уже не служит в армии, не проходит «воспитание» двором и тюрьмой (приводил недавно статистику, как сильно упала преступность в молодёжной срезе). Они лучше информированы, чем старики и даже среднее поколение (в теории понимают, как должна быть устроена нормальная жизнь). Понятно, почему скатывание страны в архаизацию травмировало сильнее всего именно это поколение.