У одного из лучших левых мыслителей Александра Тарасова есть краткое объяснение генезиса фашизма. Про европейские виды фашизма (нацизма) мы более или менее знаем. Их основу составляет средний класс и мелкая буржуазия, как подчёркивает Тарасов. Я об этом тоже писал не раз: в силу малочисленности среднего класса в России (по европейским стандартам его величина 10-15%) классический европейский фашизм в нашей стране невозможен. Но Тарасов верно акцентирует внимание на том, что существуют разновидности фашизма для отсталых стран мира – полу- и периферии капитализма, что уже поинтереснее для россиян: «После II Мировой войны «неклассический» фашизм был представлен в основном режимами «зависимого» фашизма, или, по другой терминологии - «наведённого» фашизма (имеется в виду - наведенного извне, из-за границы). Как правило, это были ультраправые режимы в странах «третьего мира» - они появлялись в основном для того, чтобы свергнуть левых или не дать прийти к власти левым». Такой периферийный фашизм, в отличие от европейских фашизмов, оставлял «демократические декорации», а также инкорпорировал в себя правых неолибералов западнического типа: «При фашистских режимах соблюдался в той или иной степени «демократический декорум»: существовали парламент, многопартийная система, проводились «выборы». Разумеется, это была в большей или меньшей степени бутафория. Например, в Парагвае при Стресснере вопрос «сожительства» фашизма с демократией решался просто и изящно: в стране всегда действовало военное положение, за исключением одного дня - дня выборов. Специально для облегчения создания режимов «зависимого» фашизма в силовых структурах стран «третьего мира» активно насаждалась фашистская идеология. Армия, полиция и спецслужбы превращались в некое подобие фашистских партий без самих партий. Задним числом, уже после военного переворота, выяснилось, что убеждённых фашистов в чилийской армии было гораздо больше, чем во всех «гражданских» фашистских организациях в Чили. То же самое выяснилось задним числом в отношении бразильской полиции и военной контрразведки. «Зависимый» фашизм перебрасывал мостик к праволиберальным режимам, движениям и доктринам, «размывая» понятие фашизма и делая его «более приемлемым» для либералов». Они совпали со взглядами практиков неолиберализма эпохи рейганомики и тэтчеризма. Не случайно режим Пиночета (режим «зависимого фашизма») характеризуется также как режим «военного тэтчеризма». Фашизм не идентичен белому расизму, как видно из опыта Гаити, режима Мобуту в Заире и совершенно фашистской по идеологии ФНЛА Холдена Роберто в Анголе. Тем более необязательным является антисемитизм (фашистские режимы в Центральной Америке были произраильскими). Но любому фашизму обязательно присущи установки - на воинствующий антикоммунизм; милитаризм (в узком смысле, то есть на восхваление армии и армейских порядков и перенесение их в гражданскую жизнь); - воинствующие ксенофобия, расизм, национализм; - теоретический элитаризм (то есть отрицание принципа всеобщего равенства); - обывательский культурный примитивизм (то есть неприятие культуры во всей её сложности и полноте - и особенно наиболее интеллектуально сложных её проявлений)». http://saint-juste.narod.ru/fash-tip.htm Но мы можем заметить, что периферийные фашизмы почти везде возникают и управляются в военной среде (хунты). Армия в таких странах имеет большую (часто главную) субъектность. А в России и с этим тоже плохо – армия после «дела Тухачевского» и «дела Жукова» всегда загоняется гражданскими администраторами в низы иерархий.