Ещё интересная зарисовка из книги Института географии РАН, посвящённая научному наследию одного из крупнейших экономических географов СССР Исаака Маергойза – как на пограничных пространствах вырастают сильные противопоставления соседям: «Аномалии краевого ландшафта, возникающие из-за чужеземных интрузий, в первом случае обычно качественные, но не исключают количественных – так сказать, накопления материала в виде краевых валов (дюн) демо-экономического рельефа одной или обеих стран. Лексически самым чистым из живых славянских языков считают чешский, продукт национального возрождения, создававшийся с конца XVIII в. из сельских говоров этого края-выступа в германский мир в виде протеста против официального и городского немецкого. Поэтому в чештине много «мокроступных» слов, сконструированных намеренно, во избежание заимствований. Свиноводство и пристрастие украинцев, венгров, испанцев к салу, шпигу, хамону кроме давних традиций стимулировал контрисламизм – антитатарские, антитурецкие, антиарабские чувства. Об усилении «южанства» на северном краю Юга США, у Сент-Луиса, пишет Л.В.Смирнягин: «Как это часто бывает на границах культурных ареалов, жители Литтл-Иджипта (части штата Иллинойс) культивировали свои южные традиции особенно рьяно, словно распаляясь от непосредственного соседства северян». Пример по России дали летние практики студентов-страноведов Географического факультета МГУ под руководством того же Л.В.Смирнягина. Не так давно он проводил их на востоке страны (в Сибири), раз за разом дальше. В программу входили опросы жителей, а в них – вопрос с подвохом: «Давно ли вы бывали в России?» Доля тех, кто не возражал против самой его постановки, постепенно (по мере движения на восток) нарастала».