​​Мы – боязливые обезьяны. Страх помог нам стать людьми. 32-й президент США Франклин Делано Рузвельт – автор крылатого выражения: «Единственное, чего нам следует бояться — это самого страха». Но умей эволюция говорить, она бы ему ответила: «Рузвельт, ты не прав!» Интуитивное предположение - чем существо трусливей, тем это будет полезней для его выживания и размножения, - слишком упрощает реалии эволюции: если каждого куста бояться, – с голоду помрешь и потомства не оставишь, пребывая в постоянной тревоге и депрессии. Но наши предки сумели как-то это преодолеть, став в итоге людьми в результате противостояния борющихся в них добра и зла. Результат этой борьбы внутри нас определяется тонкой настройкой нейро-химических алгоритмов, сформированных в результате миллионов лет эволюции (1). Эволюция превратила людей в уникальных существ, обладающий качествами, отсутствующими у животных. Ни одно животное не может быть столь отзывчивым, добрым и сострадательным, и в то же время—столь жестоким, агрессивным и безжалостным. Мы одновременно являемся одним из наименее агрессивных, и наиболее агрессивным видом. Этот «парадокс агрессивности» позволил «третьему виду шимпанзе» (как назвал наших предков Джаред Даймонд в книге «The Third Chimpanzee: The Evolution and Future of the Human Animal») превратиться в царя природы – ультра-социальный вид, способный к неограниченно масштабируемой кооперации (2 и 3). Два новейших исследования уточняют биологические и когнитивные основы эволюционного триумфа людей. Это делается путем детального сравнения поведенческого развития шимпанзе и людей в младенчестве, ведущего к пониманию того: • что является уникальным для человека; • из чего складывается ультра-социальность людей. Исследования Тобиаса Гроссманна, многие годы целенаправленно изучающего и инструментально фиксирующего различия малышей шимпанзе и людей, все более расширяют спектр наших уникальных способностей. В работе «Becoming uniquely human? Comparing chimpanzee to human infancy» (4) установлено ускоренное просоциальное развитие двух дополнительных качеств: смех и успокаивающие ласки. Эти качества помогают младенцам людей становиться надежными и ценными партнерами по сотрудничеству. Они не только облегчают получение заботы матери, но и адаптивно повышает шансы на выживание и долгосрочное размножение в человеческих группах, построенных на отношениях сотрудничества. А в только что вышедшей работе «The human fear paradox: Affective origins of cooperative care» (5) показано, что уже в младенчестве люди более пугливы, чем шимпанзе. До сих пор считалось, что повышенная боязливость не является адаптивным качеством, т.к. увеличивает риск развития тревоги и депрессии. Но если это так, почему же эволюция развила боязливость у людей сильнее, чем у шимпанзе? Гроссманн разрешает «парадокс страха» сформулированной им «Гипотезой боязливых обезьян»: в контексте совместного ухода и кооперации, уникальных для групповой жизни наших предков, повышенная боязливость была адаптивной. Гипотеза основана на обобщении исследований с участием младенцев шимпанзе и детей, демонстрирующих связь между боязливостью, большей чувствительностью и точностью в обнаружении страха у других и повышенным уровнем кооперативного поведения. #Эволюция #HomoSapiens 1 2 3 4 5