Старт Олимпиады — время для важных, я бы даже сказал трепетных и деликатных тем. Один пишущий не помню кто как-то сказал, что пишет только чтобы люди в разных уголках страны читали и понимали, что они не одни такие. Обожаю этот ракурс и канал веду практически на сто процентов из этих соображений. Парни (и какой-то крохотный процент девушек), вы такие не одни. Один мой приятель на днях признался, что радовался голам чехов (речь про последний товарняк в группе ПГ). Как-то вроде хочется нашим хорошего, объяснился он, но вокруг сборной России такое говно и столько говна, что просто не получается. За нее болеть. Момент перед четвертью Олимпиады, то есть перед ее официальным стартом — лучшее время признаться: где-то с 2014-го я, возможно, чаще болею против сборной России, чем за. С того примерно момента, когда проеб в Сочи не был разобран, а был просто забыт — психолог сказал бы «подавлен» — Билялетдинова назначили виноватым, потом выиграли евроМинск-2014 и Третьяк сказал, что вот она, та самая победа. И Сочи будто вычеркнули; хотя Сочи были. Я сам видел и пересматривал. Это не специально, это инстинктах. Ну тяжело, когда так нагло пиздят. Когда вот так себя ведут тренеры. Ну и так далее. К счастью, родители привили мне неугасающее чувство неполноценности и вины перед всеми и за все: в этом не-болении и болении-против-наших я, конечно, винил только себя. За эту реакцию я считал себя ущербным. Ну вот, нутро продажное, видимо и правда с тобой что-то настолько не так, что вот ты сидишь сижу и подсознательно желаешь сборной с этими Брагиным и Ротенбергом поражения. Это чувство я сознательно скрывал и подавлял; ну кстати в силу того, что я вообще довольно искренний автор, подавлять и скрывать в текстах получалось не очень. А потом я начал больше общаться с людьми про хоккей. И мне осторожно так говорили: блин, не хочется болеть за сборную вот на фоне этого говна. И я с удивлением обнаружил, что я такой не один. И говорили все чаще. Я даже немного успокоился и перестал считать себя врагом. И вот прошли годы и мне не стыдно (если что, я тоже радовался голам чехов, как-то вот на инстинктах), и я понял, как это называется, и с каким механизмом мы имеем дело в этом случае. Понимаете, в отношении сборной наш хоккей очень сильно поехал на почве флага, гимна и территориальной принадлежности. Про наш хоккей говорят, что он лучший, потому что наш. Чувство общности, в картине мира хоккея России, должно в этом смысле вырабатываться на основе общего флага, гимна и территории. К сожалению (к счастью), вещи работают не так. Общность людей определяется не названием, флагом и территорией. Название, флаг и территория ничего не означают, вот вообще, ни на сантиметр ленты с крюка клюшки Антона Слепышева. Сильное чувство общности у людей возникает на основе общего дела. Общего занятия. Мы друг другу дороги не потому что мы все русские. А потому что, как правило, так или иначе, занимаемся одним делом. У крутого программиста из России гораздо больше общего с крутым программистом из Зимбабве, чем со мной, стремным писателем из России. Они друг другу ближе и понятнее. Но, занимаясь каким-то делом, оттачивая свое мастерство, чем бы ты ни занимался, сообщников ты первым делом находишь разумеется, не в Зимбабве, а у себя на районе. В школе, во дворе, в соседнем доме. В силу одного языка и территориальной близости вам друг с другом удобнее и интереснее — и вы образуете такой цех. У вас свои приколы, свой стиль, своя техника, свои подъебки. Свои решения, своя традиция. Встречаясь, вы не поете гимн и не надеваете одежду цветов флага, и не говорите друг другу «Россия, Россия!». Вы обсуждаете вопросы и проблемы вашего цеха. Вы думаете, как прокачать мастерство — если вы конечно не ебланы (это важная оговорка, но об этом ниже). Своим мастерством вы связываете себя с обществом и через мастерство приносите ему пользу. Вы образуете профессиональное сообщество, отрасль, индустрию.