Стопка исписанных бумаг, лоснистые зачеркивания и непрестанные раздумья о замысле — так Малларме слагал свои произведения. Он не очаровывался преходящим вдохновением и не ждал озарения. Он — ебашил.
Малларме развил мысль о всеобщем слове (un mot total): у поэта нет творческой воли — он только внимает языку, который говорит за него. Этой идеей Малларме предвосхитил «смерть автора» Барта.