The Bell продолжает онлайн об экономических последствиях "специальной военной операции" на Украине. Главное за ночь: — Утром в Стамбуле стартует четвертый очный раунд российско-украинских мирных переговоров. Похоже, что требования российской стороны стали скромнее, перспективы яснее, — но никаких гарантий прорыва нет. FT накануне написала, что в проекте соглашения о перемирии не осталось трех изначальных требований России — «денацификации», «демилитаризации» и статуса русского языка, Украина же согласилась не вступать в НАТО в обмен на многосторонние гарантии. — Законопроект сложной судьбы о такси скоро поступит в Госдуму — но со статьей об автоматическом доступе ФСБ к данным агрегаторов о заказах и поездках граждан. А заодно — с ограничениями на число такси в регионах. Первое обременительно для отрасли, второе ограничивает потенциал «быстрого» трудоустройства в кризис. — Минцифры рекомендовало мобильным операторам отказаться от безлимитных тарифов и сократить пакеты интернет-трафика в прочих. Идея в том, чтобы сохранить пропускную способность сетей при ограниченном доступе операторов к новому иностранному оборудованию. — Овощи открытого грунта в России (капуста, свекла, морковь) в опте за месяц подорожали в полтора раза, пишет «Коммерсант». На весенний «пересменок» (старый урожай распродан, свежий импорт не поступил) накладывается желание некоторых поставщиков придержать продажи. Так или иначе, ритейлеры сдерживают цены на «борщевой набор», прямо влияющие на расчет инфляции Росстатом. — Российские танкеры стали вдвое чаще отключать свои «маяки», позволяющие отслеживать их местоположение, пишет Bloomberg. Это может указывать на попытки обхода санкций.