В начале ноября у восточных славян тоже есть традиция поминовения предков. В Беларуси этот обычай называется Дзяды, но схожие обряды встречаются в Украине, Польше и Литве. Дзядов несколько в году, но самыми важными считаются осенние. Корни у праздника, разумеется, языческие, но в средние века к нему приурочили, как это часто бывает, христианский праздник, посвященный св. великомученнику Дмитрию. Олекса Воропай в книге «Звичаї нашого народу» так пишет о этом святом: «У св. Дмитрия — серебряная труба, когда он трубит в нее, горы и поля покрываются снегом. На Дмитровскую субботу обедали позже, чем обычно, уже в сумерках. Обед состоял из нескольких блюд (обычно выбирали такие, которые особенно любили умершие родственники). Из каждого блюда откладывали несколько ложек в особую миску, которую на ночь ставили на покуття (в красный угол), т.е. рядом с иконами или под ними. Там же ставили кружку с водой и вешали полотенце, чтобы ночью «душечки померлих помилися й пообiдали». Мертвым предлагали не только еду. Сначала на Дзяды полагалось помыться в бане, но оставить после себя чистую воду и веник для предков. Днем, как мы делаем на родительский день, убирали на кладбище и оставляли угощение для птиц. Иногда на кладбище разводили огонь. Возможно, для того, чтобы костер освещал дорогу мертвым в мир живых. К ужину полагалось звать нищих, так как они считались проводниками между двумя мирами. В Польше их даже называли dziady. Перед ужином кто-то открывал окно и кликал умерших родственников. В самом начале полагалось подавать сладкую еду, которую покойники любят больше всего. Горячее должно быть на самом деле горячим, чтобы от него шел пар, которым и будут питаться приглашенные покойники. За столом молчать не полагалось, нужно было рассказывать смешные истории из жизни покойников, а потом петь и танцевать. В самом конце свечу полагалось тушить куском хлеба, чтобы посмотреть, куда пойдет дым: если вверх — в доме все будет хорошо, а если в сторону, особенно к двери — покойничьему полку прибавится.