Пока китайские показатели не только не радуют, но и вызывают прямо противоположные оценки. Справиться с кризисом не удается, драйверы роста не вытягивают ни себя, ни экономику в целом. Причина здесь одна, и она известна уже достаточно давно: две предыдущие модели развития Китая оказались несостоятельными. Речь идет о чисто экспортной экономике до 2008 года, которая базировалась на крайне дешевой рабочей силе и тем самым привлекала иностранные инвестиции и позволяла переносить на китайскую территорию все новые производственные мощности. После 2008 года был дан старт проекту «общества среднего достатка», которое должно было заместить выпадающие экспортные доходы, но эта модель привела к быстрому увеличению роста доходов населения (иначе стимулировать потребление было невозможно), и привлекательность дешевой рабочей силы исчезла. Однако «общество среднего достатка» потребовало опоры на собственную технологическую мощь, которая должна была заместить снижение привлекательности Китая для внешних инвесторов, и судя по результатам, синхронизировать два противоположных процесса китайскому руководству не удалось. Уже в 2013 году, всего лишь через пять лет после начала строительства «общества среднего достатка» стало понятно, что лекарство гораздо опаснее болезни, тем более, что резкое повышение покупательской способности населения и технологическое развитие промышленности Китая приходится оплачивать стремительным ростом долговой нагрузки во всех без исключения секторах - и в домохозяйствах, и в государственном секторе, и в корпоративном, и в финансовом. Китай в рекордные сроки «заработал» второй по величине в мире совокупный долг. При этом рентабельность китайской экономики начала снижаться, и уже к 2019 году критическая черта в 5 процентов роста была пройдена. Ниже этих темпов долговая нагрузка никогда не могла быть выплачена, наступил долговой кризис. Поэтому была запущена новая модель, для которой и потребовался «ковидный кризис». Цифровой Китай - последний шанс выстроить такую модель, которая позволила бы балансировать внутренний спрос с привлекательностью экономики для внешних инвесторов. Но для «общества социального кредита», которое начали выстраивать примерно с 2013 года, кровь из носу требуется достаточно ёмкий внешний рынок с доминированием юаня, причём юаня неконвертируемого, так как ввести конвертированный юань Китай просто не может себе позволить из-за неминуемого обвального бегства капитала. По факту Китай сегодня - это жонглер, который набрал в руки больше мячиков, чем способен удерживать одновременно в воздухе. И ситуация для него продолжает ухудшаться, так как две предыдущие модели уже однозначно не работают, а третья, хотя и прошла этап становления, еще не вышла на самоподдерживающийся трек. И главное - никто до сих пор не знает, «выстрелит» ли «общество социального кредита» или как две предыдущие модели, окажется перегруженным противоречиями, с которыми Китай не сумеет справиться. И тогда останется последний шанс - война. С минимальными шансами на хоть какой-то успех. А возможно, что и с отрицательными. #АнатолийНесмиян