«Облачный капитализм» - что это и как конкурировать? Вопрос о развитии облачных сервисов обсуждали на «Гайдаровском форуме» глава MasterCard в России Алексей Малиновский, управляющий директор Яндекса Тигран Худавердян, замминистра цифровизации Максим Паршин и гендиректор Вымпелкома Александр Торбахов. Для нас, людей из телекома, его позиция максимальная интересна, поэтому приведем несколько тезисов, озвученных им в рамках пленарной сессии. Но для начала, что же такое «Облачный капитализм». Понятие объяснил Малиновский, рассказав, что это новая бизнес-модель, появившаяся вследствие цифровизации. Человечество производит большие объемы данных и информации. Данные превращаются в сырье, которое компании преобразуют в продукты и продают их. Данные называют «новой нефтью». Торбахов рассказал, что сначала ему не очень нравилось это определение, но потом он понял, что нефть, как и сами по себе данные – это ничто. Интересны «продукты переработки». Но для этого необходимо развиваться, а также взращивать «гениев», которые смогут придумать, как эти данные использовать. Сейчас мировой рынок облачных сервисов оценивается в $333 млрд, в России этот рынок меньше – около $1 млрд. Темпы роста также не сопоставимы. В среднем, мировой рынок растет на 30% в год, но только в развитых странах он увеличивается на 40%, а в России на 12-15%. Для того, чтобы расти эффективнее, нужно «не толкаться локтями», а идти вперед, т.к. впереди рынок намного шире. Для этого нужно больше переводить бизнес в облако, а также допустить коммерческие компании к госзаказам. На этом Торбахов сделал отдельный акцент, обратившись к Паршину: «Дайте нам поконкурировать за ваши объемы. Это поможет встать отрасли на ноги». Паршин сказал, что государство об этом думает, а также размышляет, как с помощью регуляторики помочь телекому, в т.ч. приводит в пример то, что о доступе к госзаказам зарубежных компаний не может быть и речи, намекая что этот рынок будет доступен только российским компаниям. Что касается развитие В2В, то тут есть несколько проблем. Первая – облако нельзя просто взять и выдать облако, или как сказал Торбахов: «Не может быть так, что дайте нам облако – ок, 53 рубля в кассу». Надо понять, что конкретно и для чего требуется облако. Клауд – это абстрактный зонтик, под которым множество сервисов и уровень проникновения у них разный: кому-то нужна среда под разработку, кому-то нужно хранение данных, а кому-то готовый сервис и т.п. А затем встает вопрос безопасности, где есть еще несколько слоев. Сейчас облачные услуги предоставляются множеством компаний разной степени масштаба. Это разнообразие также дает толчок к росту вследствие конкуренции. Новые данные для работы и хранения дадут 5G и IoT, но это новые продукты. Сейчас есть большое неохваченное поле в виде устаревшего ПО и процессов, которые нельзя быстро перенести в облако. С этим тоже надо работать. Сегодня, Вымпелком стремится развивать облачные сервисы, т.к. по словам Торбахова – это новый шаг для телекома. Раньше передавали голос, потом данные, теперь пришла очередь бизнеса. Есть потребность в хранении и обработке, а также работе с государственными органами. Для этого компания развивает собственный BeeCloud, а также купила IBS Datafort. Но для более быстрого роста необходима вразумительная регуляторика.